Ощущение, что язык живет своей жизнью, воспроизводит глупые лишние слова, совсем не задумываясь об их смысле. Я словно наблюдал со стороны за собственными словами. И было стыдно за эти пустые предложения. Можно что угодно обещать человеку, когда он обречен.
«Он облучился. Что ты несёшь»? — спросил устало мозг, и я замолчал.
— Разумно, конечно. Но не думаю дожить до зимы, — усмехнулся Шура. — Давайте лучше так. Я вам помогу, а вы меня… достойно похороните.
— Наливай, — кивнул Невельской, взгрустнув.
Кивнул и пожарник. И больше не стал чокаться. Снова выпил залпом стакан и лёг на скатерть, глядя в небо. На прощание пробурчал, давая установку:
— Ребята, я буду ждать вас в посёлке Рыбное. Моя малая родина. Говорят, где родился, там и…пригодился. Хотя бы на удобрения. Так что встретимся у реки.
Я посмотрел на его правую руку, где уже не было перчатки. Золотое кольцо блестит. Женат.
Были ли дети? Кто знает? Верно, все остались в Красноярске, раз пьет беспробудно. Водка льётся как вода для тех, кому уже слишком тяжело дышать в этом мире.
Повисла тишина. А через несколько секунд он уже храпел. Со стороны казалось, что это здоровый храп здорового человека. Но мы-то знали, что внутри организма уже происходили необратимые процессы.
Академик оставил второй стакан не тронутым.
— Не буду пить, не чокаясь, — сказал он, вздохнул и поставил обратно на скатерть.
Со стороны это выглядело, как будто знал свою меру.
Со стороны даже казалось, что пожарник алкаш. А выходило, что он заглушал боль потери и страх перед смертью. Как вскоре будет заглушать боль умирающего в конвульсиях организма. А мы будем подавлять — память о нём.
— Почему Рыбное? А как же Лесосибирск? — всё же не понял я.
Мысли разлетелись, как этот самый пух-волосы по ветру.
— Он всё правильно сказал. — ответил Невельской, с трудом поднимаясь. — Ему в город ехать не надо. Это нам выбирать. А он встретит нас выше по течению, нагнав. Срежет путь. Так обоим не придется ждать. Время дорого.
— Чего выбирать? — снова не понял я. — И что за «белый дракон»? Мне любопытно!
— Заткнитесь, Карлов… Просто заткнитесь.
Академик молча дошёл до внедорожника, сел на место пассажира, пристегнулся и в ту же секунду захрапел, оставив все вопросы на потом.
Зачем тратить слова на придурка, который никак не может включить голову и начать думать?
Глядя на спящего, я невольно обронил:
— Да как у вас это получается⁈
Глава 9 Замена и калибровка
В голове стояла пустота. Облученный пожарник стоял перед глазами. Сожаление наполнило глаза влагой. Вроде бы совсем не знакомы, а вроде теряешь кого-то родного. Совместная погоня по лесу сблизила, проникла к человеку.