Он достал футляр из волокуши и водрузил на нос солнцезащитные очки, которые добыл ещё в автомобиле. Металлическая оправа стала хрупкой, а стоило на них дыхнуть, как стекляшки становились замороженными. Пользоваться вне теплого салона автомобиля такими требовалось очень осторожно. Совсем другое дело — лыжная маска, смесь пластика и силикона, инертного к морозу.

— Беспокойтесь лучше о том, что меняется ветер на южный, — добавил он, глядя на солнце. — Нам нужно срочно искать укрытие! Наши костюмы защиты от радиации слишком холодные. Выживем, но задубеем. А сейчас меня не устраивает любой тип смерти.

— Согласен.

Датчики действительно вскоре запищали. И я понял, что полностью восстановил слух за последние дни, слушая теперь визг на плече.

Мы прибавили ходу, но на солнце накатила усталость. Проклятое светило словно плавило нас маргарином на раскалённой сковороде. Тело расслабилось, обманывая мозг, что вокруг при таком свете должно быть тепло. Спешить, мол, некуда.

Я вдруг понял, сколько же истощения накопилось внутри. Прозапас. Не молочной кислоты, но экстракта для той самой таблетки сна, приняв которую можно было отрубаться моментально, как умел Невельской на привале.

Классики называли это состояние «душой я бешено устал…».

Невельской воткнул пешню в лед, оставив её на границе Байкала и берега. Тащить дальше тяжело и бессмысленно. А здесь тем, кто выйдет к озеру, пригодится.

Село казалось безлюдным на первый взгляд. Брошенные дома легко можно было определить по отсутствию дыма из труб. Но ещё больше их выдавали сугробы. Они заметали ворота, калитки, гаражи.

И ни один подъезд-проход не был расчищен.

— Где все люди? — не понял я.

Слабо верилось, что за неделю вымерло всё село. Должны были стоять хотя бы продуктовые магазины. Один такой действительно попался на пути, но он был наглухо заколочен. Старые доски говорили, что бросили его давно.

Где другой магазин? На другом конце села?

— Как где? Здесь, — ответил академик и показал мне на занесенный снегом холмик, откуда торчал старый кроссовок. Летний.

Пожёванный шнурок намекал на внимание животных либо после смерти, либо им поигралось само время.

Я застыл перед недо-могилкой на улице, не сразу поняв, что произошло. Невельской похлопал по плечу.

— Ну а что вы хотели, Карлов? В деревнях мало молодежи. А старики либо повально страдали диабетом, либо носили кардиостимуляторы или иные медицинские диагностические гаджеты, что управлялись удаленно.

Он толкнул ветхую калитку плечом, и она влетела внутрь, упав на снег.

— Ное не нужны были ракеты, чтобы опустошить многие деревни, — обронил я.