он еще в прошлый раз заподозрил изъян. Не то, чтобы он был бы против возможности для сирийцев и афганцев попользоваться настоящим европейским курортом, нет! Если уж пустили в страну, так что же не давать? Пустили – терпите, господа немцы… В любви имеют право присутствовать суицидальные мотивы. Нет, его больше беспокоил чахоточный блеск в глазах защитников беженцев. Не логика, но жизненный опыт говорил, что этот блеск свидетельствует о не совсем здоровой, хищной и нелинейной любви… к себе. В их риторической убежденности в собственной единственной правоте ему чудилась коварная конструкционная ошибка и даже опасность. Хорошо, если эта ошибка сулит супицидальный финал, тем более символичный при виде «водяных трупов». А если «рыцари толерантности», не выдержав отсутствия взаимности в любви, столкнувшись с тем, сколь сильно Земля отличается от глобуса, назначат виновника, возьмутся за копье, оседлают старую кобылицу и снова на войну? Тайным третий глазом Виктор стал присматриваться к окружающим именно на этот предмет. Вот Петра – эта достойная женщина на самом деле видится вдохновительницей крестового похода. «Что-то подсказывает мне – «копье толерантности» она направит в меня. Все стало в жизни наоборот…», – про себя пошутил он. Виктору не терпелось в воду, где можно побеседовать с Оливером. В приятеле он кстати, не видел скрытой воинственности. Хотя о политике, о беженцах он и с ним беседовать не стал бы, боже упаси. Это сейчас у немцев больная мозоль, а мир спорами не изменить. Но ведь можно поговорить отвлечённо – о природе человеческой? Существует ли некий правильный образ жизни? По сути новый мир – мир компьютера, а там в основе – двоичная логика, логика «да» или «нет». Правильное существует в виде атома, единицы, которая индивидуальна, хотя ей доступно химическое взаимодействие с другими единицами, она может отдать энергию для всеобщей электрификации – то есть с общественной пользой. И такая атомарная форма существования – это как раз жизнь как проект. Начало и конец. Единица в случае успеха, иначе ноль. Ноль. Неправильный образ жизни. Или жизненная суть – это суть волны? А эра компьютера – тонкая пленка на поверхности поэтического океана? Жизнь как форма существования не вполне индивидуальна. Она складывается из наложения фаз – я – это и я сам, но это и бабушка из Бреста, и запах божественных драников с ее чугунной сковородки на ручке, длинной, как черенок саперной лопатки, и прадедушка из Санкт-Петербурга, в мундире инженера-железнодорожника с удивительной