Он развернулся на сто восемьдесят градусов

— А ты, Агата… думай. Ты ведь ещё слишком молода, чтобы гнить в закрытом отделении, но если ты расскажешь мне больше, я попробую выбить для тебя легкое наказание, типа домашнего ареста

Дверь за ним закрылась мягко, но в её ушах это прозвучало как приговор. Еще бы чуть-чуть и она все рассказала. Пьер, как опытный сыщик, конечно же это понимал. Но он хотел, чтобы признание не было выбито из неё силой. Он знал, что она придет и сама ему расскажет обо всем. Был только вопрос времени, а оно пока у него было

* * *

Утро было странно тихим. Слишком тихим. Даже для академии, находящейся под замком, где каждый студент считал за лучшее притаиться и не отсвечивать лишний раз на территории ВУЗа. Казалось, воздух стал гуще. Медленнее. Даже птицы за окнами молчали, будто чувствовали, что что-то случилось.

Я сидел в своей комнате, выпрямившись в кресле, и смотрел на дверь. Ждал. Знал — сегодня всё решится.

Сегодня Пьер Албан объявит, что получил документы из столицы. Он посмотрит мне в глаза и произнесёт обвинение, которое я никак не смогу опровергнуть. Придется его убить, я уже готов.

Он начал капать под меня, потому что у меня действительно был мотив.

И потому что у меня действительно была кровь на руках.

Когда кто-то осторожно постучал, я даже не вздрогнул. Просто поднялся и открыл дверь одной рукой, а вторую уже держал на кинжале.

На пороге стояла Алина, бледная, с сжатыми губами. Глаза её были покрасневшими.

— Ты уже слышал? — прошептала она.

— Нет. Что? Меня официально объявили подозреваемым в убийстве и об этом уже твердит вся Академия?

Она сглотнула. И сказала:

— Вальтер… Он… Его нашли сегодня утром. В его комнате. Он… он покончил с собой.

Меня словно ударили. Я вцепился в дверной косяк, чтобы не пошатнуться.

— Что? — прошептал я. — Ты уверена? А какой был в этом смысл? Он так сильно переживал из-за проигрыша в турнире и прилюдного унижения?

Она кивнула и передала мне сложенный вчетверо листок.

— Он оставил записку. Служба безопасности уже передала её Пьеру. Но мы смогли сделать копию. Просто… прочитай.

Я развернул листок. Почерк Вальтера был резким, угловатым, с надавленными чернилами, будто он писал дрожащей рукой.

'Если вы читаете это, значит, я больше не с вами, друзья. Я думал, что могу контролировать всё. Думал, что смогу убрать Демида чужими руками и остаться в стороне. Я поручил троим старостам отравить его. Это был мой план. Но они провалили его. Они не справились. А потом начали угрожать, что если я не заплачу им ещё, они всё расскажут.