Я ответил ему твёрдо и холодно:

— А я думаю, ты боишься. Боишься, что если низшие встанут, тебе не останется места сверху. Я не борюсь за власть, Антон. Я борюсь за то, чтобы такие, как ты, больше не решали, кто достоин жить в элите, а кто нет.

Антон сказал с ухмылкой на лице:

— Ты звучишь, как революционер.

Только учти — революции в Академии всегда заканчиваются очень плохо. Здесь есть свои законы. Свои силы. И я — одна из них. Ты что, пойдёшь против закона?

— Да мне плевать на все эти законы! Я — их конец! — жёстко поставил я его на место.

Молчание. Антон на миг замирает, стиснув зубы. Потом отходит в сторону и произносит:

— Увидимся на голосовании, герой.

— Увидимся. Только на этот раз — с равными шансами, которые не зависят от твоего происхождения и золота в сундуке.

* * *

Я сидел в библиотеке, уткнувшись в старый том *«О структуре каналов высшей магии»*. Глаза скользили по строчкам, но в голове не было ни одной мысли, кроме одной: мне нужны были союзники. Кто-то, кто видел глубже. Кто понимал, как работает политика и кто смог бы дать мне так нужные голоса.

И в этот момент я почувствовал знакомое покалывание в затылке.

Я поднял глаза.

Он стоял между рядами, как будто просто вышел за книгой и случайно оказался здесь.

— Привет, — сказал Иван Мозгов. Голос — тот же, но взгляд другой. В нём больше не было растерянности, только сталь и сосредоточенность.

— Вернулся, — выдохнул я. Поднялся со стула и сделал шаг к нему. — Ты жив, наконец-то!

Он слегка усмехнулся.

— Жив и, наконец, собран по кускам заново. Меня пытались сломать, Демид. Я думал, что сдамся. Но потом понял, что… всё это не зря. Всё, что мы пережили. Это так много!

— Где ты был?

— Далеко. Не физически — внутри себя. После… после комнаты, после того, что я увидел, я был наполовину пуст. Но я нашёл ответы. Не все — но достаточно, чтобы понять: я нужен здесь. Тебе нужен.

Я кивнул. В груди что-то сжалось — то ли облегчение, то ли тревога.

— Ты уверен, что готов продолжить со мной этот путь после всего, что с тобой было?

— Более чем.

Он подошёл ближе, поставил книгу на стол и посмотрел мне прямо в глаза.

— Я помню, что говорил Вальтер. Помню, что ты говорил. И я сделал свой выбор.

— И какой он?

— Я иду с тобой до самого конца. Каким бы он ни был!

Пауза.

— Только в этот раз… я буду не тем, кого спасают. Я буду тем, кто прикроет тебе спину, когда никого больше не останется рядом.

Я не ответил сразу. Просто кивнул. И впервые за долгое время почувствовал, что мы не просто выживаем — мы собираем армию. Огромную силу, которая сможет дать отпор целой империи, если будет нужно.