— В через пару дней часть наших кинологов перевели на другой участок границы. Понимаешь?

«А я помню, что такое кинолог!» — похвастался Рекс.

«Молодец».

А вслух сказал:

— Понимаю.

— Вот. Как будто он попрощаться пришел. Сказал: человек, я все знаю. И ты знаешь. Прощай! И все.

— Да, — я кивнул. — Это бывает.

— Так я к тому и веду. Скажи правду: у тебя с Рексом такое же?

— Да, — не раздумывая, ответил я. — И даже больше того.

«Ты хочешь про кентавра ему рассказать⁈»

«Не все. Не бойся. Расскажу очень аккуратно».

Так я и сделал. Конечно, всех тонкостей и достижений кентавра не раскрыл. При том, что Пашков наверняка бы полностью поверил. Но мне распахивать душу не хотелось.

Поэтому я сказал, что наша связка с Рексом отлично дополняет друг друга. И вообще, и в бою особенно. Мы куда увереннее чувствуем себя вдвоем.

— Чувства обостряются, понимаете? Где позицию выбрать, спрятаться в укрытие, когда вперед рвануть, когда выждать… Вот это все, когда мы вдвоем, просто отлично действует. Я тоже никому не говорил — не поверят. А вам, товарищ старший лейтенант госбезопасности, вижу, сказать можно. Вы поймете.

— Ну, к чему так пышно: старший… госбезопасности… Разговор у нас товарищеский, можно сказать. А по существу, ты прав. Все что сказал — я в это верю полностью! Я ведь и сам это замечал. А теперь убедился. Насчет «не поверят» — думаю, Николай Семеныч поверил бы. Он мужик понимающий. Ну да это не главное. Главное — что я знаю. Подумаю. Быть может, из вас отдельное подразделение сделаю. Тем более…

Он немного осекся. Разумеется, я из деликатности любопытничать не стал. А Пашков, помолчав, сказал:

— Тем более, что нас ожидают большие дела. Могу с тобой поделиться в секретном порядке, но, думаю, это смысла не имеет. На днях должен на общем построении объявить. Пока так, продолжайте в том же духе. А дальше — думать будем.

И верно, послезавтра, то есть четвертого января после завтрака был объявлен общий сбор отряда. Построились, отрапортовали командиру, а он предоставил слово комиссару — такого рода сообщения были по его части.

Денисов заговорил громко и радостно:

— Товарищи! Хочу сообщить вам, что мы, партизанский отряд «Ястреб», выходим на новые рубежи. Вы сами видите, как выросла численность отряда. На базе нам стало тесно. Что это значит? Вы понимаете, что это значит: нам нужно расширяться. Завоевывать территории. До сих пор мы занимались только диверсионной деятельностью. Теперь пора переходить к войсковой. Не мы одни, не думайте. Другие отряды тоже. По замыслу командования мы должны создать тут, на исконно нашей древней земле Псковщины свою территорию! Как когда-то в старину была Псковская республика…