— Да уж понятно, — буркнул Мишка с легкой обидой — чего, мол, ученого учишь.

Я сам держал заряженный и снятый с предохранителя карабин на плече так, чтобы вмиг сдернуть и стрельнуть. Наган наганом, но и это не помешает.

Володя повел нас в темноте какими-то обочинами. Впрочем, Луна, белый снег — все это не давало сделать мир полной тьмой. А наш кентавр — тем более. Я ощутил, как он исправно заработал, уже не надо было прилагать никаких усилий, наш с Рексом союз менял мир в нашу пользу автоматически.

И тут меня осенило.

«Рекс, — сказал я, — а как думаешь, сможем мы угадать, там он или нет? Особым чутьем».

«Попробуем, хозяин!» — Рекс загорелся азартом.

Володя уверенно вел нас то узкими тропинками, то вовсе снежной целиной вдоль плетней.

— Ну, земляк, ты прямо второй Сусанин, — сострил Мишка, пыхтя мне в спину.

— Ничего, — откликнулся тимошкинец. — Зато они нас отсюда точно не увидят.

Плетень Клашкиного двора был почти скрыт сугробом. Мы перевалили через него и прошли к задней стене дома, вернее, к хозяйственным службам. Входная дверца тут имелась.

— Иван, — вполголоса окликнул я, — ты здесь подежурь. Имей в виду: надо постараться взять живым.

— Сделаем, — без эмоций откликнулся Иван.

В этом он весь: спокойствие, надежность, простота. Можно положиться на сто процентов.

Он остался у двери, а мы четверо — три человека и собака — стали огибать дом.

Кентавр еще вырос. У нас с Рексом словно вдвое прибавилось нервных окончаний. Мы стали улавливать в окружающем мире флюиды мыслей, чувств, эмоций. Спокойную уверенность Ивана. Борьбу Мишки с самим собой — тот отчаянно боялся подвести в трудный момент, и душа его моталась как стрелка вольтметра от скачков напряжения, хотя он пытался совладать с собой. Володя горел простодушным детским азартом — парнишка страшно хотел влиться в отряд, наивно мечтал о грядущих подвигах…

И среди этого всего мы четко распознали темное веяние страха, ненависти и блудливой надежды. А вдруг проскочу? А вдруг пронесет⁈ — так точнее всего можно было описать чувство.

«Рекс? Работает, кажется?»

«Согласен, хозяин. Он здесь! Точно».

И я стал абсолютно уверен в этом.

— Он здесь, — шепнул я ребятам. — Миша, будь начеку. Вовка!

— А⁈

— Стучи в дверь, громко, нагло. Вели открыть. В самом приказном тоне. Но сам стой в стороне! Понял?

— Зачем в стороне? — очумел парнишка.

— На всякий случай.

— Какой случай? Я не понял…

— Цыц! — свирепым шепотом рявкнул я. — Делай, что сказано.

Тьму страха, тоски и злобы — на грани нервного припадка — мы с Рексом ощутили за дверью как самую реальную реальность.