— Это как же? Очень интересно.

— Очень, — подтвердил я. — Савва-не Савва, но был у нас тут такой земляк Афанасий Лапин…

И я постарался четко выстроить систему аргументов, из которой вытекало, почему имеет смысл отправить в Загорье экспедицию в духе Колумба и Васко да Гама. Сознавая, что в этом есть элемент авантюризма, я стремился быть самокритичным и убедительным:

— Товарищ старший лейтенант, я понимаю: звучит странно. Но резон тут есть. Вы расспросите хотя бы здешних стариков, они подтвердят. Смирнова хотя бы. А вы представляете, что будет, если мы это найдем и сохраним до возвращения наших⁈ Да мы же сразу в казну принесем столько, сколько ни один партизанский отряд не приносил!

Про местных стариков, Смирнова в том числе — это была чистая импровизация. Понятия не имел, что они скажут нашему командиру. Но Трофим Степанович — человек основательный, не сомневаюсь, что он в курсе местных событий. В любом случае скажет веско. Авторитетно для Пашкова. Если слыхал про клад купца Лапина — значит, так и есть. А нет — значит, нет. Тема закроется.

Трофим Степанович вообще был, как видно, в Тимошкино таким негласным, всеми уважаемым патриархом. Я знал, что в нашем руководстве циркулирует идея сделать его председателем Совета. Но пока еще это не дошло до воплощения.

По лицу старшего лейтенанта видно было, что он крепко размышляет. Рекс послал мне небольшой сигнал:

«Хозяин, мне кажется, он заинтересовался…»

«Согласен».

Тут появился Самсонов с неотложными проблемами, и наш вопрос отложился. Но мы поняли, что продолжение следует.

Остаток дня прошел во всяких рутинных делах. Мы с Вороновым занялись инвентаризацией всего, относящегося ко взрывотехнике и доставшегося нам в качестве трофеев. Улов был скудный. Несколько немецких гранат-«колотушек». Что, конечно, тоже добыча, но Михалыч ворчал:

— Это, допустим, на один бой хватит. А дальше что?..

Я предположил, что стоит у местных поискать браконьерских запасов — подобно как мы их обнаружили когда-то у Парамонова. Василий Михайлович согласился, но с оговорками:

— Попробуем… Только тут подход нужен.

— Найдем подход, — пообещал я.

Потом прибежал Яков Иванович со слезной просьбой — помочь, притащить, перенести… Ну, пришлось помогать, куда ж денешься. В отряде все дела общие.

Так время незаметно пролетело. А наутро вызвали меня командир с комиссаром. Оба. Получился у нас триумвират, а фактически — квартет, поскольку Рекс в рамках кентавра тоже негласно присутствовал на совещании.

Я сразу понял, о чем пойдет речь.

Начал Денисов:

— Присаживайся, потолкуем. Значит, ты говоришь, в Загорье клад может быть спрятан?