Убедившись, что человечество будет мирно сосуществовать до тех пор, пока Солнце не превратится в новую[4] или у игроков не закончатся ресурсы, что становилось все менее вероятным из-за добровольного сокращения численности, Куратор признал итерацию «неудовлетворительной» и запустил перезагрузку.
Игроки были в шоке. Ведь они так усердно трудились, пытаясь подвести мир к этому этапу. Они полностью перекроили экономические системы. Остановили бесконтрольный рост населения. Усмирили сторонников сложных и разнородных идеологий: где возможно – добились сотрудничества, где необходимо – поспособствовали расколу. Впервые за всю историю человечество познало мир и процветание.
Так какого черта – точнее, его местной разновидности – Куратор счел столь успешную итерацию «неудовлетворительной»?
Игроки обратились с протестом к Дарье, и та подробно расспросила Куратора. Она даже проанализировала его модели и прогнозы, разобрала его логику, пока наконец не поняла, что выводы верны.
В долгосрочной перспективе мирное существование обрекало человечество на те же последствия, что и продолжительная война. Закат планеты был бы более плавным и приятным для людей, чем в случае идеологического самоуничтожения, но итог не менялся. Человечество ждала медленная смерть от скуки, упадка и неизбежной смерти Солнца. Люди так и не покинули бы планету, чтобы пережить превращение звезды в красный гигант.
Скрепя сердце они запустили новую итерацию.
***
Герхардт шел по дороге, которая поворачивала на мост через реку и уводила в город. Солнце приятно согревало лицо, резко контрастируя с зимним ветром, от которого мерзли уши.
Казалось бы, нашего совокупного интеллекта должно хватить, чтобы разобраться с дилеммой Альтернуса. В конце концов, наши разумы эволюционировали сто миллионов лет со времен Земли, она же Исток. Уж мелочные проблемы человечества мы должны были научиться решать.
Четвертая и текущая итерация Альтернуса все больше скатывалась к неуправляемому хаосу, царившему на Земле в 2040-х годах.
Люди по-прежнему отрицали изменения климата, хотя таяние ледников и опустынивание большей части планеты уже не оставляли места для сомнений. Законодатели по всему миру продолжали запрещать ГМО-продукты, в то время как в бедных странах буйствовал голод, ухудшались условия для сельского хозяйства, а пахотные земли продавались застройщикам по завышенным ценам.
Как и после Великой рецессии 2029 года, мировую повестку определяли глобальные корпорации, центробанки, нестабильные валюты, фундаменталистские религии и антинаучные движения.