Однажды Дариан попросил скинуть в его рабочее пространство все схемы, видео и промежуточные результаты испытаний.
Пока остальные спали, он просмотрел все инженерные спецификации и функциональные тесты устройства. Изучил все вдоль и поперек. Проверил корректность подхода, реализацию и результаты эксплуатационных проверок. На каждом шаге он предлагал новые тесты, пытаясь убедиться, что все части генератора действуют согласно спецификации. Но не нашел ничего, что бы не работало так, как задумано. Это доводило его до белого каления.
В мире Дариана события развились с нечеловеческой быстротой, включая и сомнения в его компетентности. Уже спустя несколько дней после провала появились первые жалобы.
«Может, университет чересчур поспешил, решив нанять этоговундеркинда ».
«Может, Ли – скорее инженер, чемнастоящий ученый».
«Может, юного гения ослепила собственная неординарность или первые успехи».
Как правило, начинающие преподаватели с испытательным сроком получали два-три года, чтобы проявить себя в науке. Но заносчивость Дариана подняла ожидания на такую высоту, что ему, по мнению большинства преподавателей, такие послабления были ни к чему.
Вскоре жалобы дошли до заведующего кафедрой, и доктор Вон не увидел иного выхода, кроме как поделиться своим беспокойством с деканом естественнонаучного факультета. Дариан, не привыкший к неудачам в любой интеллектуальной сфере, отреагировал предсказуемо – стал оправдываться и отпускать высокомерные комментарии.
– Я буду только рад, если кто-нибудь укажет мне на ошибку. Но учитывая, что никто за пределами моей команды не в состоянии за разумное время разобраться в математических выкладках, я, видимо, состарюсь прежде, чем мне успеют помочь.
Доктор Вон был опытным ветераном факультетской политики и знал, когда стоит отступить. Ему неоднократно доводилось видеть, как академические звезды ярко пылают поначалу, но быстро гаснут под давлением университета, требующего все новых результатов. Он не стал принимать негласную критику молодого ученого на свой счет. Но даже оставив его комментарий без внимания, доктор Вон заметно поумерил долгосрочные ожидания насчет карьеры Дариана.
Шли недели, но академические и политические проблемы, терзающие факультет, оставались нерешенными. Жалобы усиливались. Руководство от доктора Вона до ректора Сакиры призывало проявить терпение, но недовольные заручились поддержкой людей, которые изначально выступали против исследований Дариана по философским или религиозным причинам, а вовсе не из-за научных проблем или вопросов безопасности.