– Да в порядке он. Наверное, просто отключил мобильный. Он и раньше так делал. Вот увидишь. Наверняка дрыхнет – или в лаборатории, или на чьем-нибудь диване.
Остаток пути они ехали молча: был слишком ранний час для осмысленной беседы.
Грег включил поворотник, сбавил скорость и свернул на университетскую парковку.
Лавина данных обрушилась на их матрицы без малейшего предупреждения.
Образы физических гипотез, электронных компонентов ПКР и новых моделей денди-матриц вперемешку с воспоминаниями из детства, которого никто из них не проживал, нахлынули на Грега и Кэти изощренно-болезненной волной, выворачивающей разум наизнанку.
На середине поворота мозг Грега окончательно утонул в данных. Он невольно отпустил руль и схватился за голову. Отчаянная передача Дариана перекрыла его восприятие и захлестнула сознание водоворотом образов. Он услышал чьи-то вопли и лишь через мгновение понял, что это кричат они с Кэти.
Оставшись без управления, машина скатилась в неглубокую канаву и остановилась, уткнувшись в молодую ель. Двое ученых ничего не заметили, слишком занятые борьбой за рассудок и границы собственного «я».
Как только первые гигабайты данных начали пробиваться к сознанию, Кэти сразу поняла, с чем столкнулась.
Дариан при смерти!
Она все осознавала, но не могла справиться с таким потоком входящих данных. Наконец удалось взять под контроль небольшую часть своей матрицы и дать команду отключить внешние коммуникации. Затем Кэти сдалась, и на нее снова навалилась мешанина из мыслей, образов, звуков и эмоций.
Спустя три мучительных секунды изолированная подпрограмма сумела полностью остановить поток данных.
Кэти почувствовала, как расслабились мышцы, и осела в кресле, давая разуму оправиться после шока от обработки передачи. Она перевела взгляд на своего партнера и слабо произнесла:
– Грег? Ты в порядке?
Тот неподвижно сгорбился над рулем.
Ветровое стекло цело. Крови не видно.
Из последних сил она потянулась к его руке.
Когда пальцы уже почти коснулись его рукава, Грег бессвязно застонал и резко выпрямился в кресле. Он обхватил голову руками, выгнул спину сильнее, чем казалось физически возможным, и открыл рот в беззвучной агонии.
– Грег!
Кэти с силой тряхнула его, но не смогла привести в чувство.
В отчаянии она обернула свою подпрограмму в вирусную оболочку, приоткрыла матрицу ровно настолько, чтобы отправить пакет данных в общий поток, и снова закрыла.
Еще мгновение тело Грега пребывало в кататоническом ступоре, а затем припадок прошел так же резко, как начался. Он обмяк, истерзанный ментальной и физической болью, почти теряя сознание. Кэти нежно вытерла рукавом слюну с его подбородка и опустилась обратно в кресло. Она была в сознании, но еще не успела отойти от шока.