Ларри выбрал первое свободное место в зоне ожидания – неудобный стул из твердого оранжевого пластика, соединенный снизу с пятью такими же при помощи металлической перекладины. Эти стулья были словно специально созданы, чтобы выводить людей из равновесия не только физически, но и психологически. Он ждал, стараясь выглядеть спокойным и безразличным, и поэтому лишь сильнее выделялся на фоне остальных.
Спустя пять минут из здания погранслужбы Новой Конфедерации вышел высокий опрятный мужчина в темном костюме и, пройдя двадцать пять метров, ступил на территорию Тихоокеании. Он коротко переговорил с начальником смены, который указал на Ларри. Тот по-прежнему ерзал на неудобном оранжевом стуле, будто шестилетний ребенок. Мужчина в костюме обошел стойку и направился к нему.
– Доктор Русалов?
– Это я, – с напускной живостью ответил Ларри.
– Оставьте машину здесь и пройдемте со мной.
– У меня все вещи в машине.
– Вам же велели ехать налегке.
– У меня не так много вещей, но преподобному Ламонтаню потребуется мой рюкзак.
Мужчина смерил его невозмутимым взглядом.
– Пожалуйста, больше не упоминайте это имя. У вас есть вещи, кроме рюкзака?
Ларри задумался.
– Все, что нужно, я могу сложить в него. Дайте мне минутку.
Мужчина последовал за ним к машине. Ларри переложил в рюкзак бритвенные принадлежности и сменный комплект одежды. Затем перекинул рюкзак через плечо и закрыл багажник.
– Где мне оставить ключи?
Мужчина протянул руку. Передавая ключи, Ларри явственно ощутил их вес, и не только физически. В этой же связке были ключи от его квартиры и три ключа от лаборатории. Теперь это часть его старой жизни. И он от них отказался.
Когда они переходили границу Тихоокеании, Ларри опустил голову и смотрел прямо перед собой. Минуя офис пограничной службы, мужчина в темном костюме передал ключи начальнику смены. Двое кивнули друг другу, не говоря ни слова.
Мужчина без церемоний и комментариев прошел вместе с Ларри те несколько шагов, что отделяли их от Новой Конфедерации, его новой страны.
Голова у Ларри едва не кружилась от облегчения. Он рискнул оглянуться в сторону Тихоокеании и успел увидеть, как первый пограничник заводит арендованную машину и, съехав с дороги, отгоняет ее вглубь пустыни.
Не стоит делать поспешных выводов , – успокоил он себя.
Мужчина в костюме открыл пассажирскую дверь непримечательного темного седана, обошел его и сел за руль. Ларри занял свое место, поставил рюкзак между ног и пристегнулся.
За время двухчасовой поездки до Альбукерке он чувствовал себя еще более одиноким, чем за предшествующие три дня вместе взятые. Мужчина в костюме пресекал все попытки завязать разговор и не разрешал Ларри сменить радиостанцию. Всю дорогу они слушали радио «Рокин кантри». К счастью, приемник было едва слышно.