А затем его длинные пальцы поползли обратно вверх, медленно, сантиметр за сантиметром задирая тяжелую, напитавшуюся водой ткань прямо по моей обнаженной коже.
Я шокировано замерла. У меня мгновенно перехватило дыхание. Разогретая адреналином и злостью кровь потекла по венам быстрее, оглушительным набатом бросаясь в виски. Я рвано, шумно выдохнула, и Ярослав, уловив эту реакцию, прижал меня к себе еще сильнее, укутывая в свое сумасшедшее тепло.
Над самым моим ухом, опаляя влажную кожу горячим, вибрирующим дыханием, раздался его тихий, хриплый шепот:
— Какой же он додик...
Его большая ладонь поднялась еще выше, увлекая за собой мокрую ткань, и он крепко, властно сжал мое обнаженное бедро. Мое дыхание окончательно сбилось, стало прерывистым и частым, и Медведев это прекрасно услышал.
— Чувственная... — едва слышно, одним выдохом произнес он мне в шею.
Ярослав медленно, неторопливо уткнулся носом в мою кожу сзади и с глубоким вздохом провел им вверх, к самому основанию уха, вдыхая мой запах. По телу пронеслась такая бешеная лавина мурашек, что я едва удерживала равновесие, намертво вцепившись пальцами в его тяжелую руку, обнимающую мою талию.
Я смотрела на него, загипнотизированная его потемневшим взглядом, и стояла, абсолютно не в силах пошевелиться. Расстояние между нами стремительно сокращалось, Ярослав уже почти коснулся моих губ своим обжигающим дыханием, когда внутри меня сработал инстинкт самосохранения.
Понимая, что еще секунда – и совершу огромную ошибку, я тихо, но уверенно выдохнула ему прямо в губы:
— Укушу...
Медведев замер на месте. В ночной полутьме мне показалось, что в его расширенных зрачках на долю секунды промелькнула растерянность. Видимо, к такому повороту событий этот самоуверенный гигант точно не готовился. Но секундное замешательство прошло слишком быстро. Его губы медленно растянулись в усмешке.
— Кусай, — хрипло, вибрирующим баритоном отозвался он, чуть приподняв брови и будто бросая мне вызов.
В его глазах полыхнул такой азарт, что я тут же смутилась, чувствуя, как к щекам приливает жар. Не найдя лучших аргументов, я с силой толкнула его ладонями в широкую, мокрую грудь, пытаясь отвоевать хотя бы каплю личного пространства.
— Ты просто невыносимый наглец, Медведев! — фыркнула я, сердито поджимая губы.
Ярослав в ответ лишь тихо рассмеялся.
Разум кричал о том, что нужно скорее дистанцироваться от него.
— Я замерзла, — поспешно ухватившись за первый попавшийся предлог, решила я сменить тему. — Нам надо выйти на берег.
— Так ты поэтому так дрожишь, Малинина? — Ярослав прищурился, и в его голосе снова зазвучали хитрые нотки. Он явно хотел смутить меня еще сильнее, прекрасно понимая, что причина моей дрожи кроется далеко не в температуре воды. Его тяжелые руки, к слову, все еще крепко сжимали мою талию, не давая сдвинуться с места.