Вечером в Большом зале состоялся званый ужин.

Зал был огромен. Высокий потолок, тёмный металл и стекло, освещённый холодным голубым светом. По залу скользили роботы-сервиторы и андроиды с идеальными лицами. Среди гостей странные существа: кристалиды, чьи тела мягко переливались всеми цветами радуги, теневики, оставляющие за собой лёгкий дымчатый след, и, конечно, высокие чины Альянса в парадной форме.

Я появилась последней.

На мне было одно из моих любимых аурелийских платьев, глубокого изумрудного цвета с золотыми прожилками. Ткань живая, световодные нити пульсируют в такт дыханию, создавая ощущение, будто внутри меня горит мягкий, тёплый свет. Волосы распущены, на шее тонкая светящаяся подвеска. Среди всей этой серости и металла я выглядела как редкий, экзотический цветок, случайно занесённый на мёртвую планету.

Когда я вошла, в зале на секунду стало тихо. Все головы повернулись в мою сторону. Кристалиды зашептались, один из теневиков даже слегка замерцал ярче. Я улыбнулась всем искренне, по-аурелийски тепло и начала обходить гостей.

— Добро пожаловать на Кронар, — говорила я каждому, слегка склоняя голову. — Надеюсь, наше гостеприимство окажется достойным вашего визита.

Я была внимательна. Задавала вопросы о их мирах, улыбалась, когда они рассказывали о своих традициях. Для Аурелии это естественно. Для Кронара — это нарушение всех возможных правил.

Я чувствовала взгляд Дара спиной. Тяжёлый. Обжигающий. Его сложно было игнорировать, но я хотела быть собой на этом вечере, а не женой по протоколу.

Он стоял во главе стола. Идеальный, холодный, в чёрном мундире. На лице вежливая, безупречная маска командора. Но я видела, как сжимаются его пальцы на бокале. Как напряжена челюсть. Он был в бешенстве.

Когда я подошла к группе кристалидов и рассмеялась над какой-то их шуткой, Дар, наконец, не выдержал. Он подошёл ко мне сзади, положил руку на талию, вроде бы ласково, но пальцы сжались почти до боли.

— Дорогая, — произнёс он спокойно, но в голосе слышался металл. — Не стоит утомлять наших гостей.

Я повернулась к нему с самой лучезарной улыбкой.

— Но они сами попросили рассказать о традициях Аурелии. Разве не это настоящее гостеприимство?

Его глаза потемнели. На публике он не мог позволить себе ничего больше, чем лёгкую улыбку. Но я видела, как внутри него всё кипит. Я ослушалась. Всё, что я делала, платье, манеры, открытая улыбка, внимание к гостям, было прямым нарушением правил Кронара. Здесь жёны должны быть тихими, сдержанными, почти невидимыми.

А я сияла.

Весь вечер я продолжала играть роль идеальной хозяйки по-аурелийски. Говорила с теневиками о поэзии их мира, с кристалидами о красоте их искусства. Один из молодых офицеров Альянса даже слегка покраснел, когда я похвалила его историю о первой космической экспедиции.