когда обнаружил меня у костра. Словно боялся, что я сбежала или исчезла. Что ж, я не могла винить его за недоверие. После легкого завтрака, мы собрались и двинулись к отвесной скале. — Действуйте, — велел Форвик, кивнув Кею и Рейнеру, которые тут же забрались на ирбисов. — Они что… будут прыгать? — нервно прошептала я. Да, здесь скала возвышалась примерно на ту же высоту, что и стены Крепость-града, но на стене хотя бы имелись небольшие выступы, за которые можно схватиться. Здесь же их не было. Просто голая скала. От волнения я не сумела устоять на месте. Подошла к Шраму, который в последние дни из-за голода показывал не самые лучшие черты характера. — Будь осторожен, — попросила я огромного кота, прижавшись к нему щекой, и закрыла глаза, наслаждаясь мягкостью шерсти. Шрам замер, а потом тихо рыкнул, словно обещая, что все будет хорошо. Я постояла еще пару секунд, а потом отступила, пряча глаза. — Пора, — донесся голос Кея, который уже почти восстановился и избавился от повязки на руке. Я буквально силком заставила себя поднять взгляд и посмотреть на то, как они будут преодолевать преграду. Хищники слегка отступили и прижались к земле, готовясь к прыжку. И мне вдруг показалось, что весь мир остановился, застыл перед этим жутким моментом. А потом резкое движение, стремительный прыжок вперед. Словно серая молния мелькнула. Не знаю, как такое возможно, но два огромных ирбиса, совершая гигантские прыжки, действительно прыгали по отвесной скале. Как это им удавалось — уму непостижимо, но факт оставался фактом. Пока я тряслась от страха, стоя внизу, и сжимала кулаки на удачу, всадники взобрались на вершину и сбрасывали нам веревку. Так мы и перемещались. Где сами, где с помощью барсов. Взбираться на крутые вершины, покрытые тонким слоем льда и снега, оказалось сложно и крайне опасно. Мы работали в связке, медленно, тщательно выверяя каждый шаг, гуськом двигались друг за другом. А какие наверху дули ветры! Сильные, стремительные и жутко холодные. Продувающие даже защитный костюм, который с каждым часом становился все тяжелее. Кажется, настала пора снимать его. Солнце давно поднялось над горизонтом, когда мы наконец вышли на довольно широкую площадку. — Мы на месте, — сообщил Форвик, первым отстегивая веревку. Я, которая брела где-то посредине связки, чуть отступила в сторону, желая посмотреть, куда же мы добрались. Но ничего не увидела. Вернее, перед нами возвышалась очередная стена, такая же отвесная и безликая, как и остальные. — А где дикие? — вырвалось у меня.