Мы выросли вместе. Если он игнорирует вызовы и молчит, то тому есть веская причина. — Тебе он тоже перестал отвечать? — поинтересовался Эмос. — Говорит, занят и просит не беспокоить. — Не нравится мне это, — проворчал Хайц. В любом случае, Рейнер так и не вернулся, а я каждый день навещала Шрама, все сильнее привязываясь к нему. Этот огромный страшный хищник каким-то непостижимым образом стал для меня особенным. Наверное, это можно было назвать дружбой. Мне нравилось ухаживать за ним, жесткой металлической щеткой расчесывать мягкую густую шерсть, чесать ему за ушком и даже разговаривать. Я знала: он меня понимает. — Непослушный ты котяра, — ворчала я, когда он в очередной раз злобно рыкнул на одного из помощников седовласого Тареса, — зачем шумишь? Он смерил меня снисходительным взглядом, фыркнул и отвернулся. — Ах ты так! И чего ради я к тебе хожу? Вот не приду больше, будешь знать! Шрам соизволил вновь на меня посмотреть и опять издевательски фыркнул. — И как тебя терпит твой хозяин? — буркнула я, поднимаясь и стряхивая со штанов прилипшие соломинки. — Ничего, скоро он вернется. С женой. Ирбис тихо, но весьма угрожающе зарычал. Только вот я не испугалась. — Знаю-знаю. Мне рассказали, что ты задумал, — заявила я и, не удержавшись, потрепала его по холке. — Решил свести меня со своим хозяином? Так я сразу говорю: ничего не выйдет. Ответом мне стало все то же угрюмое порыкивание. — Вот только не надо. Все знают, что твой хозяин отправился за невестой. Это дело решенное. А я… — я остановилась посреди загона и неловко поправила лезущие в глаза волосы, — со мной все сложно. Только знай: твоему хозяину я точно не пара. Шрам возмущенно фыркнул и, осторожно прихватив край туники зубами, слегка потянул меня назад. — Отпусти, чудище, мне уже пора. Я обещала сегодня подежурить в больнице, — вырывая у него ткань, ответила я. — Завтра приду. Только обещай, что будешь вести себя хорошо. Я часто дежурила в больнице, помогая лекарям. Мой дар пригодился, чтобы облегчать боль многочисленным раненым. Здесь я и познакомилась с Эммой через пару дней после прибытия в Крепость-град. Бывшая участница тринадцатой группы оказалась красивой шатенкой с глазами цвета растопленного меда и очаровательной улыбкой, от которой появлялись ямочки на щеках. Эмма была отличным лекарем, даже несмотря на покалеченную правую руку и отсутствие нескольких пальцев. Теперь я понимала, в чем именно Криста винит себя все эти годы. Хотя Эмма ни словом, ни взглядом никогда не принижала девушку и не выделяла