Но… как? Откуда?

Я осторожно спустился ещё на пару ступеней. Запах стал сильнее. И тут же я почувствовал тепло — живое, уютное, как от печи. В голове невольно всплыл образ кровати: мягкая перина, чистая ткань, подушка, под которую можно уткнуться носом. Отдохнуть. Наконец, выспаться. Забыть хотя бы на одну ночь, что я беглый пленник.

Если там есть убежище, то оно слишком идеальное и гостеприимное. И как же удачно оно попалось мне на пути…

Нет, не может быть. Даже с моей удачей.

Я замер.

Слушал. Вдыхал. Пробовал отделить реальность от наваждения. Всё казалось настоящим — запахи, тепло, предвкушение отдыха. Но именно это и пугало.

То, что обратилось ко мне с просьбой, явно могло проникать в мысли. Эти руины были сокрыты иллюзией, запечатаны корнями. Что мешает ему сейчас навеять другую иллюзию?

На что я напоролся?..

— Эй! — крикнул я в пустоту. — Тебе меня не обмануть, слышишь⁈ Ты обещал помочь!

— Я помогу тебе, — неожиданно отозвался голос, мягкий и спокойный. — Спускайся. Не бойся. Это не иллюзия.

— Ага, так я тебе и поверил.

Я крепче сжал обломанную ветку — ту самую, которой крошил печати. Глупо, может, но с ней я чувствовал себя хоть немного, но вооружённым.

— Не надо со мной играть, слышишь⁈ — бросил я, громко, почти яростно. — У нас честный договор. Значит, и держи своё слово!

Это звучало почти как заклинание и немного наивно. Мантра для храбрости. Для того чтобы не дать себе развернуться и сбежать. Выбор у меня был не велик.

Я зашагал вниз. Синий свет становился всё ярче. Внизу меня встретил узкий коридор, выложенный белым камнем. Он вёл в небольшой подземный зал. Посреди зала — обелиск, высотой чуть выше меня с выбитыми в камне узорами.

Обелиск источал синий свет, так странно, что мне даже трудно было это с чем-то сравнить. На первый взгляд вроде бы обычный белый камень, такой же, как и стены этих руин, но светился, как лампочка, при этом не терял своих очертаний, не слепил, но освещал весь зал.

— Ты кто? Покажешься наконец? — я спросил жёстко и требовательно.

— Я перед тобой, — ответил голос.

— Обелиск? Просто камень? Да ты…

Я не успел договорить.

Что-то невидимое подхватило меня, будто крюк зацепил за грудь. Я взлетел — впечатался в стену. Руки и ноги вытянуло врозь, ладони распахнулись, пальцы растопырило. Будто распяли. Палка вылетела из руки и с глухим стуком упала на камень.

Наверное, со стороны я выглядел как чучело, прибитое к стене. Только без гвоздей. Тело не слушалось. Я задыхался от натяжения.

— Ты чего творишь? А как же помощь⁈ Ах ты…

— Я помогу тебе, — отозвался голос.