Лёха не дал ему опомниться:

— А где ваш всесильный король, а? — теперь он обращался уже не к Артуру, а к страже. — Почему его нет здесь, с вами? Знаете почему? Потому что он не станет прорываться сквозь толпу своих подданных. Боится. Боится, что вы увидите правду. Он палач. Тиран. Не спаситель.

Лёха повернулся обратно к Артуру:

— Ты ведь тоже не пойдёшь против мирных людей? Не хочешь, чтобы люди так просто поняли, за кого ты сражаешься на самом деле.

А ведь Лёха не просто ершится. Он бьёт точно в болевые точки. Использует страх короля перед народом, ставит Артура перед лицом его же солдат и народа. Дерзким словом подрезает сухожилия. Ловко.

Артур побагровел. Губы превратились в тонкую линию, руки сжались на поводьях так, что побелели костяшки пальцев.

Лёха, словно ни в чём не бывало, продолжил:

— У тебя есть выбор, Артур. Попробуй взять нас силой — и ты завалишь мёртвыми телами весь лагерь. Беженцы встанут костьми за Степана, ты слышал. Думаешь блеф? Может быть… Но тел этих доблестных стражников за твоей спиной тоже будет немало. И то не факт, что ты победишь. Степан здесь, и он не один.

Артур всё это время молчал, но с трудом сдерживал эмоции на своём лице. Я удивился, почему это он ещё не напал на Лёху.

Лёха же продолжал дерзить, шагнул вперёд и остановился почти у самого коня Артура:

— Есть ещё один вариант. Мы с тобой. Один на один. У тебя больше тридцати уровней, я знаю. У меня всего двадцать. Преимущество на твоей стороне. Ну как тебе? Согласен?

Наступила тишина. Артур посмотрел на Лёху, на плотную стену беженцев за ним, потом на своих стражников. Лицо его выражало внутреннюю борьбу. Вся его усталость, гнев и, возможно, страх смешались в одном взгляде.

Затем, к моему удивлению, Артур резко развернул своего коня. Отряд, за мной! — отрывисто бросил он, а его скакун медленно зашагал прочь от лагеря. Стражники, хоть и выглядели несколько озадаченными, быстро исполнили приказ и развернули строй.

Я был удивлён, но в то же время и рад. Артур струсил или же трезво оценил ситуацию?

— Трус! — внезапно крикнул Лёха в спину удаляющемуся отряду. — Так и передай своему королю! Вы все трусы!

На мгновение перехватило дыхание и, наверное, не у меня одного. Я был уверен, что сейчас Артур точно не выдержит и развернёт отряд, начнётся штурм.

Однако ничего не произошло. Оскорбления Лёхи и его дерзость остались безнаказанными.

Напряжение в лагере спало так же быстро, как и возникло, сменившись облегчённым, но всё ещё настороженным ропотом. Люди начали расходиться, обсуждая случившееся.

Я подошёл к Лёхе и старосте.