Мне захотелось раздавить его, как мерзкое насекомое, но Лаптев не чувствовал моего настроения. Он, как и все сплетники, как и все те, кто с удовольствием копается в чужом грязном белье, считал, что все люди такие, как он.

— И все-таки, кто вам сообщил, что моя семья завтра собирается возвращаться в Москву? И почему не поставили в известность меня? — с нажимом произнес я.

Лаптев даже не смутился.

— Ну знаете ли, это обычная практика. Вы сейчас номенклатура ЦК… — завел он тут же шарманку, демонстрируя талант говорить ни о чем.

— Кто⁈ — я спросил почти с металлическим звоном в голосе, но даже это не смутило начальника секретариата.

«Аркаша правильно сказал, что он нарисуется у меня в течении часа, — подумал Лаптев, глянув на часы, — не ошибся, как раз час прошел»…

— Просьба, впредь свою заботу засуньте себе в… сами знаете куда. Второй раз предупреждать не буду.

Но Лаптев будто ждал такой реакции, он расцвел в улыбке, в маленьких крысиных глазах появилось выражение превосходства: «Он так и отреагировал, как планировали. Аркаша все-таки гений! Сейчас будет некрасивая сцена и мордобой, а это такое пятно, которое сложно смывается»…

— Ложки нашлись, но осадочек остался, как говорят в Одессе, — расхохотавшись, я хлопнул ладонями по коленям, встал и направился к двери.

— А что вы имели в виду? Владимир Тимофеевич, объясните! — в голосе Лаптева слышалось удивление.

Я повернулся, посмотрел сверху вниз на расплывшегося за столом Лаптева и ответил ему грубо, но точно:

— А как в том анекдоте, товарищ Лаптев: что имею, то и введу. И это последнее предупреждение, — и вышел, слыша за спиной деланный смех начальника секретариата.

Вернувшись в УСБ, я даже спросить не успел, как Даниил доложил:

— Звонила Лидоч… — он смутился, но тут же, поправился:

— Простите, Лидия Владимировна звонила. Ваша помощница по хозяйству. Сообщила, что ваша семья в полном беспорядке, но дома. Простите, но передаю дословно.

Даня улыбнулся с таким видом, что я понял, почему говорят «влюбленный дурак».

— А еще, Владимир Тимофеевич, она сообщила, что умную собачку Асю зачем-то называют Мальвиной, и она этим расстроена. Там еще что-то про синьку было, но я не понял.

Что ж, сочувствую умной собачке Асе, но комментировать сообщение Даниила не стал. Прошел в кабинет и набрал номер домашнего телефона.

— Папочка! Ты самый любимый! Ты самый лучший! Ты наш собачий командир!!! — завизжала в трубку Леночка.

— Собачий командир? Это серьезная заявка на победу, — я рассмеялся.

— Лена, вечером все расскажешь. Сейчас дай маме трубку, — попросил младшую дочь.