— Какого лешего? — заорал в рацию Полётов.

— Магическая аномалия на радарах, господин, — доложил пилот, — Второго уровня. Такие аномалии обычно бывают возле объектов Уральских магов. Дальше не полечу. Меня просто порвет на куски, вместе с машиной. Дальше могут пройти только магократы.

Пилот скинул скорость, теперь мы зависли над океаном.

— Вот дерьмо, но ведь дотуда еще пара километров, — выругался Полётов, — Ладно, капитан, повиси пока здесь.

Полётов и Кабаневич переглянулись.

— Я не уверен, что туда можно телепортироваться... — протянул герцог.

— В таком случае плывите туда вплавь, — презрительно бросил на это Полётов, — Я возьму Нагибина. А вы займитесь его дядей и вашей внучкой.

— Я готов! — заявил дядя, вышвыривая в океан колбу.

Кровь в ней уже полностью прокипела, так что в колбе остался только алый нагар на стенках.

Кабаневич взял за руку Таю, а дяде положил на плечо руку. Через мгновение они растворились в голубой вспышке.

— Давайте, князь, это нестрашно, — Полётов протянул мне руку.

Я вцепился в его ладонь, и мы, объятые потоками бело-голубой ауры, стремительно вырвались из кабины вертолёта прямо в потоки ветра и снега.

Его Высочество явно погорячился, когда сказал, что это нестрашно. Видимость тут же упала до нуля, в лицо мне бил снег, так что я зажмурился, казалось, что снежинки режут мне щеки до крови.

Полётов летел стремительно, даже быстрее вертолета, так что я осознал, что если это продлится дольше минуты — то я просто заживо замерзну на ледяных ветрах, обращусь в сосулю, а потом ухну вниз, в воды Баренцева моря.

Собственной руки, которой я держал Полётова, я уже совсем не чувствовал...

Но, к счастью, наш полёт продлился недолго, меньше чем через минуту меня уже швырнули на камни Священных островов.

Мои ноги тут же провалились во что-то ледяное, но слишком вязкое для снега. Судя по ощущениям я сейчас приземлился не на Арктический остров, а в какие-то финские болота под Питером.

А еще мне в нос ударил запах — мерзкий аромат перегноя, смешанный как будто с рыбьим жиром...

— Это еще что за гадость?

Я открыл глаза и огляделся.

То, что я узрел, выглядело не просто непрезентабельно, а крайне омерзительно.

Мы стояли на крупнейшем из островов, впрочем, вблизи стало видно, что она самом деле невелик — этот остров можно было бы обойти минут за пять.

Снег здесь валил, как бешеный, но сам остров был засыпан отнюдь не снегом. Оказалось, что остров весь покрыт глубоким слоем какого-то сероватого воска, из-под этого воска местами торчали непонятные ржавые бугры, напоминавшие окаменевшие от времени железные юрты.