Обитали в городе бородатые мужики в отделанных мехом зипунах и домотканых расшитых рубахах, а еще барышни в не менее искусно расшитых платках. Впрочем, на холопов поморы похожи не были, ибо глядели на нас местные не так, как холопы обычно глядят на АРИСТО, а скорее так, как коренные обитатели Купчино смотрят на залётных туристов в глухих дворах в пятницу вечером.
Да и одежда местных была хоть и средневековой, но аккуратной и красивой, обычную серую рвань холопов она напоминала разве что своей старомодностью, но никак не качеством.
Заняты местные жители были своими обычными делами — кто-то разделывал рыбу, кто-то сушил её же на ветру, девки стирали в пластиковых корытах, рыбаки чинили катер у длинного причала, поп с крестом на пузе куда-то важно шествовал, несколько мужиков красили новый дом в ярко-фиолетовый цвет. И повсюду сновала ребятня, игравшая в какие-то странные игры типа городков, а то и просто кидавшаяся в Онегу камнями.
Вот чего, а ребятни тут было полно — рождаемость у поморов была моё почтение. Детей в Новом Иерусалиме было не меньше, чем взрослых. Мне подумалось, что еще лет десять, и поморы вполне смогут задавить деградировавших АРИСТО тупо числом.
Вообще, в этом городе меня не покидало ощущение чего-то нереального, как будто я стал попаданцем в средневековье, только сильно причесанное, идеализированное и раскрашенное. Жалко только, что в этом средневековье мне были совсем не рады...
Глава 205 — Мормошник
— Долго еще? — поинтересовалась Тая, — Я замерзла.
Моя жена была в кожаной утепленной куртке и теплых леггинсах, но я её в принципе понимал. Я сам надел свой зачарованный шмот, а поверх него обычное пальто, но ветер здесь дул такой, что впору было ходить в ушанке.
А ведь еще только начало сентября...
— Пришли, — сообщил наш проводник — тощий вертлявый купец из гильдии, которой еще сам Петр Первый продал право торговать с поморами, — Вот это Торговый Двор. Я имею право заходить только туда, дамы и господа.
Торговый Двор оказался громадным ярко-красным каменным теремом, стоявшим возле самой реки, напротив него уже уходили в воду длинные причалы, кишевшие лодками и катерами.
— А вон там храм Святой Феодосии, — купец указал на церковь, располагавшуюся дальше, возле самого моря, — Единственное белое здание во всем городе. А вот это верфи.
Церковь на самом деле была единственным беленым зданием, а вот верфи стояли в шхерах в километре от города и представляли собой явно современные конструкции из какого-то блестящего металла, настолько громадные, что их было видно даже отсюда, от Торгового Двора.