Засыпая, я решил еще раз продумать свое первое послание во сне. Говорят — очень действенный метод. Но вместо секретной шифровки мне приснилась… фрау Штрикер. Она была в белом халате, но сразу же этот халат расстегнула. Под халатом кроме фрау ничего не было. Только бессовестные чулки на поясе с резинками. И она, сучка, начала прямо передо мной крутить своей пухлой попкой.
После такого сна проснулся я в досадном возбуждении. Впрочем, а чего я еще ждал? Это умом я был солидным сорокалетним мужчиной с высшим образованием, но тело-то мое было подростковое. Со всем вытекающим.
Важный вопрос, о котором вслух говорить не принято. Мы, шестеро курсантов «Юнгекрафт» были именно в таком возрасте, когда эта проблема стояла острее всего. Природа оказывалась сильнее и наших талантов, и усталости. И очень грубо врывалась в наши сны. И не в первый раз снилось мне оно — то самое. Думаю, остальным тоже. И юношеские тела откликались на эти сновидения исправно, как им и полагалось. Иной раз по утрам я замечал это по смущенным лицам «медиумов».
Единственный, кто не смущался, был Клаус. Он проблему решал просто, и не раз я слышал, как тряслась его койка по ночам. Да и девственником, как остальные, он не был. В маобитских трущобах, где он родился и вырос, рабочие жили в бараке, в котором комнаты были отделены друг от друга просто занавесками. И даже малые дети слышали, а порой и видели, чем занимаются их родитель по ночам. Ну, иногда пробовали им подражать. Почему нет?
Нет, своим взрослым умом я все понимал, уже переживал подобное данным дано. Так давно, что уж и забывать начал, как это, когда мысли только про это… Про девчонок. Но никогда не думал, что придется это еще раз пережить. И… ну что греха таить, даже радовался такой мощной утренней эрекции.
Конечно, руководству было глубоко до лампочки до всех наших переживаний, как и до эрекции, но доктор Вебер — поклонник теории доктора Фрейда еще в сентябре как-то заметил на преподавательском собрании, что, возможно, наши показатели не столь хороши как раз из-за этого.
Основной инстинкт!
Глава 13 Основной инстинкт
В приказном порядке для нас ввели дневники «для отчетов и самоконтроля». Мы должны были туда записывать все переживаемое. Все, вплоть до самых мелочей. А сны — это не мелочь. Их мы описывали в обязательном порядке. Видимо, анализ этих дневников привел начальство к самому разумному выводу. Или же все произошло благодаря фрау Эмилии. Той самой милой дамы из комиссии. Как бы там ни было, первым это сказал… Генрих Штрайх. И при обстоятельствах несколько необычных.