— Благодарю, Ваше высокопревосходительство!

Я вышел из кибитки.

Ну, здравствуй Чечня, век бы тебя не видеть!

… Оказалось, я ее и не видел толком раньше. А теперь она предстала передо мной во всей красе. Огромное войско — 13 батальонов — выступило в поход, обремененное обозом. До Дарго не более 35–40 верст. Плевое расстояние. Так казалось. На деле все вышло иначе. Вековой ичкеринский лес! Кто не видел, не поймет. С такими гигантскими деревьями я не встречался даже в Черкесии. А еще бесчисленные овраги, бесконечные спуски, подъемы…

— Мы за день прошли всего четыре версты! Четыре! — жаловались мне знакомые по Ахульго офицеры, пригласившие на ужин. — Солдаты тащат на себе запас сухарей на восемь дней. Его может не хватить при таком темпе движения.

— Можно же подвезти в случае крайней нужды из Герзель-аула, — возразил я. — Без проблем догнал отряд с небольшим конвоем казаков.

— Можно, — согласились со мной принимавшие меня кабардинцы. — Пока можно. Но кто знает, что будет через день или два, когда к отряду сбегутся чеченцы со всех окрестных аулов.

Словно в подтверждение их слов в ночи поднялась стрельба.

— Началось! — офицеры бросились из палатки.

Весь периметр большого лагеря озаряли вспышки выстрелов. Беспорядочная стрельба всю ночь не умолкала ни на минуту. В кого стреляют? Кто стреляет?

А еще дождь все лил и лил. Он да пальба наудачу не позволили людям отдохнуть.

Утром невыспавшиеся солдаты продолжили движение по совершенно раскисшей почве. Ноги людей и лошадей, колеса орудий и телег вязли так, что каждый шаг стоил немалых усилий. Дорога шла по узкому хребту. Балки и промоины встречались все чаще и чаще. Лес все гуще и гуще. Открытые места — все реже и реже. Нужно было быстро преодолеть 20 верст, ибо в округе нет воды. Смогли преодолеть лишь четыре. Встали переждать дождь.

Перестрелка с чеченцами усилилась. Пули жужжали все чаще. Сверху, снизу. Падали раненые и убитые. Особо доставалось лошадям. Кроны деревьев, примыкавших к дороге, окутывались многочисленными дымками от выстрелов.

«Сколько же забралось на одно дерево стрелков?» — изумился я. Прикинул навскидку. Вышло около сорока. И таких деревьев-крепостей было несколько десятков!

— Какую-то новую тактику применяют чеченцы. Во-первых, раньше как было: наседать начинают не в начале похода, как сейчас, а когда мы отходим. Во-вторых, обычно они на боковые цепи бросаются с шашками, сделав один-два выстрела. А сейчас стреляют и стреляют, — пожаловался мне знакомый офицер. — Не доводилось вам раньше в лесной чаще воевать?

— Нет, в основном в горах, где лес был явно пореже или вовсе отсутствовал.