Из толпы тут же понеслись в его адрес оскорбления и угрозы. Таузо-ок не остался в долгу. На язык он был остёр. Выдавал экспромтом такие шутки, что хулители предпочли заткнуться.

— Мы будем думать, как поступить. Отправимся в свои аулы, чтобы принять решение, — высказался после долгого раздумья старейшина из рода Болотоковых.

— Да будет так! — подвел итог судебных прений судья Мехмет.

Мы протолкались через толпу и направились к англичанам.

— Судить да рядить темиргоевцы будут до весны, — хмыкнул кунак, — Старики быстро ничего не решают. Пока все соберутся. Пока обсудят болячки и внуков. Пока похвалятся сыновьями и зятьями… Снег с гор сойти успеет. Но ты сторожись и поглядывай по сторонам. С них станется убийцу подослать. Особенно те, род которых ты прилюдно опозорил. Или наоборот. На них удобно будет свалить твою смерть, если убийцу не найдут.

Я тяжело вздохнул. Не хватало мне проблем. Новая свалилась на голову. Прошлое догнало меня, как я не подстраховывался.

— Общество в самом деле готово будет за меня платить?

— Так всегда поступают. Редкий богач может себе позволить подобный штраф. Если в роду заведется буйный и за него приходится слишком часто платить, его изгоняют из общества, чтобы не разориться.

— Неожиданно!

— Не боись, кунак. Где наша не пропадала! — хлопнул меня по плечу Юсеф.

— Что у вас случилось⁈ — встретили нас вопросом обеспокоенные англичане.

Коротко пересказал им суть дела.

— Вы нас под монастырь подведете! — безапелляционно подвел итог Белл.

Я оглядел немаленькую группу, состоящую из главных шпионов, греков и поляков. Специально, чтобы все поняли, высказался на турецком:

— Запомните все! Вот так англичане платят за верную службу. Черной неблагодарностью! Я прикрыл своей грудью своего друга и напарника мистера Спенсера. Спас ему жизнь. И мои сегодняшние проблемы родом из той истории. Так какое право имеет мистер Белл меня обвинять⁈

— Стоило вам появиться, у нас все пошло наперекосяк! — наконец-то проснулся в Белле свойственный ему говнизм. Слава Богу! А то я уже, было, решил, что солнце восходит на западе.

— Не горячитесь, старина! — встал на мою защиту Лонгворт. — В свете необъяснимого поведения Шамуза, нам стоит не обвинять, а благодарить мистера Зелим-бея. И думать, как быть дальше.

— В ближайшие дни нам есть чем заняться. Пока вы тут прохлаждались, я переговорил с Хаджуко Мансуром, — остановил прения Венерели. — Уговорил его на общий сбор для последней атаки на русских в этом году. Именно победы сплачивают народ и поднимают боевой дух. А не ваши смешные потуги, Джеймс, добиться от каждого национальной присяги. Сегодня горец клянется, что все силы положит на борьбу с русскими, а завтра бежит к ним покупать соль. Или взять у них серебро, чтобы предать соседа, у которого на одну корову больше.