Пшекуи-ок нервно кусал губы. Не хотел расставаться. Все ждал от меня, что позову с собой. Но у меня на него были другие планы.

— Верь, парень! Я обязательно вернусь. У нас с тобой осталось много незаконченного. Если отправитесь зимовать в долину Вайа, подумай насчет смены вождя. Плох ваш нынешний лидер. А нам долина твоя нужна как воздух! И разыщи Курчок-али. Он мой брат. Передашь от меня привет. Если что, он поможет.

— Один поедешь?

— Нет. Русские со мной.

— Тогда время прощаться, — улыбнулся Башибузук.

Цекери бросился ко мне с объятиями. Я его притормозил.

— Ты до кочермы со мной. На берегу заберешь лошадей. Там и попрощаемся.

— Хорошо!

… Когда высыпали на полном скаку на берег, турецкий капитан малость ошалел.

— Планы поменялись. Заберешь нас пятерых? ­Паоло отправил нас в Турцию и выдал деньги на проезд, — я достал золото.

— Только без лошадей, — немедленно согласился капитан, алчно глядя на монеты.

— Конечно! — удовлетворенно ответил я.— Загружайтесь, ребята!

Конечно, был и план «Б». Все обстряпать прямо на берегу, если капитан заартачится. Плохой план, но другой альтернативы не было. Но не пригодился. Мой расчет на жадность контрабандистов полностью оправдался.

Сенька, спешившись и передав коня Цекери, подбежал ко мне, зашептал взволнованно.

— Вашбродь, какая к чертям Турция? Мы…

— Сенька, успокойся. Предупреди всех, чтобы были готовы. Как выйдем в море, начнем.

— Понял! — бывший солдат расплылся в улыбке.

Я подошёл к Цекери. Он спрыгнул с коня. Не говоря ни слова, бросился обниматься. Горло перехватило.

— Цекери!

— Да.

— Береги себя.

— Хорошо.

— И запомни. Лучшее, что ты можешь сделать в память о своем отце, так это жениться на прекрасной девушке, родить сына и назвать его именем отца. Ты понял?

— Да.

— Учти. — я улыбнулся. — Я вернусь и проверю. Если так не сделаешь, я тебе снова по шее надаю!

— Я сделаю так. И мы родим ещё одного сына, чтобы я мог назвать его твоим именем, Зелим-бей. В благодарность за все.

— Спасибо! Это отличный план, Цекери! Мне будет приятно! Прощай, друг мой!

— Прощай!

Цекери быстро вскочил на коня. Не хотел, чтобы я видел его горе. Ускакал, уводя всех наших лошадей. Оставлять в Черкесии моего верного Боливара было жалко до слез.

— Береги моего «кабардинца», будущий вождь племени Вайа! — крикнул я Цекери в спину. Он обернулся и помахал мне рукой.

Я взобрался на кочерму. Капитан дал приказ к отплытию. Я смотрел на берег, пока он не исчез из виду. Был на удивление спокоен. Перевернул страницу или нет? Может, действительно, больше здесь не придется побывать. А, может, так сложится, что вернусь. Прощаться навсегда — смысла не было.