Следователь, сориентировавшись, отворила дверь в туалет, который находился совсем недалеко, и я затолкал Евгенича туда.
— Что вы… — закашлялся он. — Да вы… Да я…
Мы плотно закрыли дверь в туалет и подперли менталиста к батарее.
— Молчать! — прикрикнула Елена, дав Евгеничу звонку пощечину. — Говорить будешь, когда я скажу.
— Ничего я вам не скажу. Вы…
— Ты меня-то хоть узнал? — спросил я, пристально глядя в его лицо.
Ноль реакции.
— Ты мне анальгин дал, а я пообещал, что неделю не буду буянить. Как видишь, я свое слово не сдержал.
Глаза Евгенича раскрылись в удивлении. За дверью раздался звук закрывающегося лифта.
— О том месте, — сказала Елена. — О подвале. О медведевских. Рассказыва…
Прогремел взрыв. Такой, что затряслись стены.
Глава 23
Запахло гарью, из-под двери полез сизый дым. Елена мгновенно выхватила из пакета пистолет и направила его в сторону двери.
Раздались крики, топот, звуки отпирающихся и запирающихся дверей, но к нам никто не шел.
— Где рвануло? — напряженно спросила следователь, не переставая целиться в сторону двери.
Вопрос она задала словно самой себе, ну а я и правда решил разобраться — чего тянуть? Не очень-то хотелось отбиваться от неизвестных в замкнутом пространстве, пока есть время, можно и на крышу перебраться или куда-то еще… В голове сразу мелькнули флешбэки о «людях в пальто», и все же я пересилил и открыл дверь.
Дым, пыль, развороченная кабина лифта.
Пустого лифта.
Лифта, в котором должен был ехать Евгенич.
— Лифт взорвался, — вернувшись ответил я, вновь закрывая дверь в туалет. — Окна проверь.
Елена подбежала к единственному окну и замерла.
Я тем временем не упустил возможности пнуть Евгеничу в грудь — для профилактики. Елена уже отняла у него деловой портфель, так что оружие у него вряд ли при себе имелось. В голове промелькнули воспоминания о рабах-стукачах, которых Евгенич или ему подобные превращали в настоящих овощей. Он и не такое заслужил.
А в окне было занятное. Две черных «волги» припарковались со стороны реки. Или они здесь и раньше стояли? Не помню, мы бежали впопыхах. Стоявший у одной из машин мужчина говорил по телефону или рации. А вот белая иномарка Евгенича… нет, на месте-то она стояла. Вот только на дорогу из нее вывалился труп накачанного водителя. Водительская дверь так и осталась открытой.
— Дерьмо, — выругалась Елена и схватила Евгенича за грудки. — Тебя убить хотели, ты слышишь?
Высказывание было весьма преждевременным, однако я и сам мыслил в эту сторону. Вот только как? Пасли его, следили, выжидали момент? Как узнали, что он входит в лифт — точнее должен был войти?