— Там тоже не всё им принадлежит, — выкрутился я. — Мы с ними чуть позже рассчитаемся.

— Как скажете, — ответил Отто. — Признаться, из-за наших поездок я сегодня пропустил одно мероприятие, и поначалу об этом жалел. Однако финал всё оправдал, и я рад, что не ошибся в вас.

— Ну и прекрасно. О! — заметил я магазин одежды, в котором оставил часы в первый день. — Вы в этом магазине случайно не бывали? Или кто-то из ваших родственников или знакомых?

— Не припомню, — ответил некромант.

Значит, пропажа часов остается делом абсолютно нераскрытым, и таинственную немку удастся встретить, только если она пойдет в него вновь. Я бы и смирился с потерей, но очень уж ценным, как выяснилось, был этот «подарок».

— Тамбовский барон, — переключился я на другую тему. — Кто он?

— Ночной губернатор, — сказал Отто так, словно это должно всё объяснить.

— Почему не дневной?

— Потому что его дела находятся в теневом сегменте столицы. Который, как известно, не меньше видимого.

— Теневой… бандитский, в общем.

— И бандитский тоже, — кивнул некромант.

— И чем этот барон так известен?

— Ночной губернатор, — снова повторил Отто как само собой разумеющееся. — Человек, который всё делает чужими руками и потому остаётся чист. Ему даже высокий титул не нужен, чтобы смотреть свысока на князей и графов. Клан его — один из самых сильных в Петербурге. Да и в стране, пожалуй, тоже. Барон сколотил собственную империю, живущую по другим законам. И эта теневая империя куда более влиятельная и фундаментальная, чем вся видимая нами политика. Или, если точнее, они очень сопряжены.

— Как-то туманно.

— Не то слово. Вся жизнь Тамбовского барона окутана туманом.

— Если он весь такой криминальный… почему журналисты вроде Нефедовой рассказывают не о нём, а о всяких Медведевых?

— Барон опасен, но пытается выглядеть справедливым. Он не появляется на публике, не посещает аристократические мероприятия, не делает провокаций. Это такой Робин Гуд криминального мира. По его скромным заверениям, он собрал бандитские племена под своим началом, потому что только в его железной хватке они будут подчиняться и не будут беспределить. Но стоит их распустить…

— Красивые слова. Вы в них верите, Отто?

— Я привык давно ни во что не верить. И точно знаю, что беспредел Тамбовские творили не меньший, чем Медведевы. И еще знаю, что вести с ними бизнес порой очень приятно и выгодно. Такие вот парадоксы.

Через минуту мы уже подъезжали к перекрестку Пяти углов. Ну как подъезжали — оцеплено всё было еще на подъездах, причем милицейскими машинами. На миг мелькнула мысль, что прибывших на стрелку просто арестовали, но эти наивные фантазии быстро сошли на нет, и я вспомнил, что милиция тут всецело сопровождает и помогает бандитам, неважно каким. Всё, что милиционеры и гаишники здесь реально могли — это огородить территорию от гражданских, чтобы в случае чего минимизировать, а лучшее вообще исключить лишние жертвы.