Ими управляли. Теперь я понимал истинный смысл «болванок». Нет, не просто пушечное мясо. Рабами должен был управлять какой-то менталист так же, как Отто управлял мертвецами в морге. Но эти были ещё живые.

Княгиня нацелила миниган на разбегающуюся толпу, я одёрнул её:

— Они не виноваты.

Не то чтобы мне хотелось побыть морализатором, я лишь напомнил ей очевидное. У рабов шансов выжить здесь немного, но если получится спасти хотя бы парочку — будут отличные свидетели цеховой жизни.

Но княгиня злобно огрызнулась:

— Это и не для них.

Ствол минигана закрутился, и лишь через полторы секунды полился свинцовый дождь. Но полился он не в рабов, а вверх, в воронку смерча, из которой тотчас начали вылетать какие-то… некие… что-то.

Теперь я понял, что Ольга выверенно подгадала момент. Она расстреливала бесформенных тварей, вылетающих из воронки на высоте пять-десять метров — то есть достаточно низко, но всё-таки в воздухе. Миниган испускал сизое облачко дыма изолотистый дождь из гильз, с бешеной скоростью потребляя ленту патронов. Легкого взмаха руки княгине хватило, чтобы из мерседеса натурально «вылетела» ещё одна лента и прямо в воздухе встала за предыдущей. Теперь лента патрон длинной змеёй тянулась до минигана из мерседеса.

Туши невиданных существ падали прямо в центр перекрёстка, иногда по инерции пролетали чуть дальше — несколько раз даже свалились на машины. Князь Миронов тем временем «отталкивал» нападающих рабов, после чего связывал их желтыми магическими нитями — уже не единожды знакомыми мне.

А затем графы Медведевы одновременно сформировали у себя в руках большие огненные шары — каждый как четыре баскетбольных мяча. И отправили их в воронку. Казалось бы, благой поступок, на сразу после этого смерч распался, причем «рухнул» он в нашу сторону. Сыплющиеся горсти песка — ещё ладно, а вот с этими самыми монстрами нас ожидало самое близкое столкновение.

Я отшатнулся, когда из воздуха на меня повалила четвероногая тварь с щупальцами, торчащими из головы во все стороны. Тут же активировал «нечто» и оттолкнул её, после чего в неё прилетел снаряд энергии одного из мироновских одарённых. До того стоящие возле машин, теперь они по -крупному вступили в игру. У всех в руках сверкали не то плетения, не то волны энергии.

Воронки больше не было, и монстры с сопровождающими их хлопками появлялись то тут, то там. Кругом застреляло оружие, отбивались и медведевские, и тамбовские. Кто-то, конечно, пытался просто уехать, но не тут-то было. Включили сирены оцепившие перекрёсток милицейские, застреляли автоматы и винтовки из окон прилегающих зданий — там, походе, действительно готовились засады на случай перестрелки. Между делом медведевские начали стрелять и в нас, и в тамбовских, и потому пришлось отступать ещё сильнее за машины. Условно говоря, если медведевские занимали улицу Разъезжую, то я и Мироновы отступали по Рубинштейна, а тамбовские — по улице Ломоносова. Началась лютая неразбериха, и мне пришлось неоднократно активировать «нечто», дабы вовремя отталкивать от себя внезапно появляющихся монстров.