— Шанс есть всегда, — ответил я. — Пытаться все равно надо. А кто они такие — те, кто нас держат?

— А ты не в курсе? — усмехнулся кто-то еще.

— Вы сегодня так и будете галдеть, а? — дал о себе знать новый голос с одной из верхних полок. — Вам ночью мало было?

И все затихли. Один лишь дедок подозвал меня к нему на нижнюю полку. Скользнул взглядом по рыжему: тот отвернулся к стене. Ну и пусть дальше не высовывается. Конфликт с ним нифига не исчерпан, однако обострять его смысла тоже нет.

Дедок попросил говорить в полголоса, чтобы не мешать остальным отдыхать. Заметил у него на пальце синюю наколку-перстенек.

— Моя фамилия Лебедев. Будем знакомы.

Сказанное вызвало резкий приступ дежавю, словно где-то я это уже слышал.

— Артем Думский. Можно просто Думер.

— Раз можно, то всенепременно так и будет. Я сразу понял, что ты, Думер, ни черта не врубаешься в происходящее.

— Это еще мягко сказано, — кивнул я.

— И тебе нужна информация.

— Всем она нужна.

— Я не телевизор с программой «Хочу все знать». Но правда твоя — наш Царь переборщил. С ним бывает.

— Царь? Во назвался-то нескромно.

— Царенко у него фамилия, вот и Царь. Я, так уж быть, поделюсь чем смогу. Надеюсь, ты при случае это не забудешь.

— Намекаешь, что за мной должок будет?

— Да какой должок! — махнул он. — Все мы тут должники. Просто не забывай, что старик Лебедев когда-то первым сказал, что он тебе не враг.

— Не забуду.

Но и про то, что именно Лебедев подыграл Царю, предлагая мне сыграть в наперстки — тоже не забуду. А он тем временем продолжил:

— Спрашиваешь: кто они такие. Люди графов Медведевых, конечно.

— Графов?

— Ага. Московская аристократия решила пустить свои корни в столицу. Здесь они налаживают производство зелий и солей.

— Так-так-так. — Я охреневающе приложил руки к вискам. — Смотри, Лебедев. Это прозвучит дико, предупреждаю. Но начнем издалека. В какой стране я нахожусь?

— Во даешь, — усмехнулся он. — Российская империя. А что, незаметно?

— Петербург — столица? — развил я закономерную мыль.

Лебедев кивнул.

— Теперь давай про одаренных. И этих, как их… талантов.

Лебедев говорил емко и неохотно — я периодически уточнял и спрашивал, но все равно с трудом упорядочивал знания, которые мне только что открывались. Картина получалась следующая. Около полутора века назад в мире начали появляться одаренные, обладающие магическими силами. За последующий век аристократия породнилась с одаренными, и сегодня дар почти наверняка равносилен принадлежности к дворянскому роду.

Люди-таланты — редкие «побочные» продукты контактов одаренных с простолюдинами. Таланты не владеют магией, но обладают каким-либо одним уникальным навыком — порой совершенно бесполезным, а порой даже более полезным, чем дар. Я с большим трудом смог это представить, но Лебедева не перебивал — он и без того обрушивал на меня факты, ломающие шаблон.