Без лишних разговоров я пробил ему прямой в грудь.
…Пробил бы, если бы паренек остался на месте. Он каким-то чудом умудрился уклониться, будто знал об ударе заранее. В грудь тут же прилетел апперкот, тем временем здоровяк пнул в бочину.
И все это меньше, чем за один удар сердца. Упал я быстро — даже не успел еще осознать происходящее. Удары полились один за другим, между ними едва доносились озлобленные выкрики.
— Будет знать, как наших…
— Всех вас…
Сколько я не тужился, силы не появлялись. Дар не активировался, никто не летал, ладони ничего не плавили. Да и некогда им было бы кого-то плавить, мне только и оставалось, что защищать лицо. Впрочем, от твердых носков берцев это едва ли защищало — из носа и губ уже хлестала кровь. Били жестко, яростно.
Нет, не били. Убивали.
Из наушников все еще прерывисто доносилась «Сказочная тайга», куплет про розовый снег и Сатану, собирающего в лесу свежие души. На окраине сознания промелькнула мысль, что еще одну душу он соберет вне всякого леса, но тайга будет довольна.
И тебя она получит. И тебя. Она. Получит. [5]
Удары прекратились. Двое приподняли меня за руки, будто распять хотели. Изо рта потянулась вязкая кровавая слюна. Розовая.
— Розовый снег… — в полубреду усмехнулся я, — даже во сне…
От меня, видимо, ждали извинений или просьб пощады — зачем-то ведь перестали бить, приподняли. Невысокий торжествующе стоял передо мной, что-то говорил, а я не слышал, только напевал засевшую в голове песенку. И, не услышав от меня ничего вразумительного, парни решили продолжить мясилово.
Ударить они не успели. Из-за крови в носу было щекотно, что-то там такое накопилось, что заставило меня чихнуть. И ровно на этом «чихе» по земле разошлась ударная волна, отбросившая всех троих нападавших.
Сил у меня не прибавилось, но и им досталось — каждый отлетел метров на пять, а тот, что был передо мной, и вовсе влетел в стену. За каждым по асфальту протянулся след из трещин. Уже хоть что-то. Закрепить бы…
Нападавшие быстро оклемались, испуганно переглянулись. И, словно между ними мелькнул какой-то очевидный вопрос, все одновременно кивнули, затем метнулись ко мне. И сделали это тоже как-то по-особому. Я готов был поклясться, что простой человек не может двигаться с такой скоростью — особенно после того, как несколько секунд назад его впечатало в стену.
И вот уже избиение продолжилось как и раньше. Сделать ничего не получалось. Если только…
Видимо, по голове я получил уже конкретно, поэтому находился в каком-то истерическом припадке. Вчера я разбрасывал опасных бандитов силой мысли, а сегодня загибаюсь от ударов каких-то сибирских гопников.