— Без обид, просто нужно было тебя задержать, — громко сообщил я, приближаясь к О’Нилу. Тот пытался выбраться из-под поверженного зверя, но сделать это было не так просто. Я выбил шпагу из его руки, затем пнул его по лицу. О’Нил начал ругаться ещё яростнее, и мне пришлось оглушить его ударом рукояти шпаги.

Испанцы окружали нас, но пара гасконцев, завидев чем я занят, также поспешили на помощь. Кто-то продолжал стрелять. Втроем, мы вытащили командира гарнизона из-под убитой лошади и потащили его к стене.

— Отступаем! — приказал я. — Отличная работа.

Все прошло куда удачнее, чем я мог надеяться. Гасконцы дрались уверенно, испанцы же, напротив, двигались словно потерянные. В голову одного из них прилетел цветочный горшок, а через мгновение я увидел в окне соседнего дома улыбающуюся всем беззубым ртом бабулю. Аррас действительно не слишком был рад присутствию испанского контингента.

Мы подошли к самой стене, наш противник откатился назад, оттаскивая раненых. Следуя моему примеру, гасконцы пытались захватить так много пленных, как только могли унести.

— Месье, у нас всего два варианта, — заговорил я, когда последний живой гасконец скрылся в стене. — Занять оборону здесь и ждать наших, или вернуться к Рошфору с трофеями.

— Драться несколько часов в узком пространстве или разок пробежать под пулями? — усмехнулся Сирано.

На нем не было ни царапины, как я и думал. Зато несколько безымянных гасконцев так и осталось лежать за стеной.

— Верно мыслишь, — сказал я. — Все, кто взял пленных, пусть закидывают их себе на плечи.

Я подхватил О’Нила, так, что его левая рука и левая нога свисали у меня со спины.

— Вот так! — объяснил я. — Те, у кого нет пленного, берут мушкет товарища или наших раненых. Мы побежим первыми. Пусть те, кто стоит на стенах, потратят свои выстрелы на нас. Те, что с мушкетами и с ранеными, бегут следом. Всё понятно?

Гасконцы дружно загудели. Я согласился передать двух своих пленников Сирано и Пьеру. Тощий парень, пусть и был весь покрыт кровью, но выглядел бодро, так что я решил, что кровь на нем испанская.

Я вылез за баррикаду первым и побежал со всех ног. Следом показался Сирано. Мы успели пробежать метров десять, когда со стен заговорили мушкеты. Пули попадали в землю под нашими ногами, в небо, но не в нас. Я рассмеялся — сюжетная броня действительно работала.

— Неплохо придумано! — выкрикнул Сирано де Бержерак. Его плохо было слышно из-за рокота ружейных выстрелов. Я чуть обернулся на него, но носатый парижанин отчего-то замолчал. Через секунду из его рта полилась кровь… и он рухнул на землю.