Таня стояла рядом, сосредоточенно рассматривая программку спектакля и разглядывая в ней фотографии кукол.

— Папа, смотри, здесь написано, что сегодня будет «Необыкновенный концерт», — сообщила она с важным видом. — И знаешь, я думаю, что марионетки в нем будут самые красивые.

— А я думаю, что перчаточные! — тут же возразила Лена, отрываясь от механического театра.

— Вот придем и посмотрим, кто из вас окажется прав. А пока подкрепитесь, чтобы было веселее смотреть, — я протянул каждой дочке по леденцу.

— Только осторожнее, — предупредила Светлана. — Не запачкайте платья, а то вместо театра поедете обратно домой.

— Мам, не переживай, — пообещала Таня, уже разворачивая свою конфету. — Все будет нормально. Чистоту гарантируем.

Когда в зрительном зале погас свет, по рядам пробежал тихий шепот — зрители предвкушали интересное зрелище. Девочки, сидевшие между мной и Светланой, тоже с волнением и нетерпением всматривались в тяжелый красный занавес сцены. Наконец, медленно и торжественно, тот начал подниматься.

— Начинается! — вскрикнула Леночка, а только потом зажала сама себе рот ладошкой.

Я молча погрозил ей пальцем. Она состроила виноватую мину и покачала головой — дескать, больше не повторится!

Спектакль захватил внимание зрителей с первых же минут. Таня и Лена, как и все остальные зрители, вовсю заливались звонким смехом.

Настоящий фурор произвёл знаменитый кукольный конферансье Эдуард Апломбов. Каждое его появление сопровождалось бурными аплодисментами, и стоило ему только начать свою «серьезную» речь, как зал уже начинал смеяться.

— Пап, он такой смешной! — почти сквозь слёзы воскликнула Таня, показывая на Апломбова. — Откуда они взяли такого серьезного дядю?

— Наверное, он раньше работал начальником, а потом решил стать артистом, — подмигнул я дочери.

— Да нет же, папа, он всегда был куклой! — возразила Лена.

Когда Эдуард Апломбов наконец поклонился и покинул сцену под несмолкающие аплодисменты, восторженная Лена захлопала так громко, что её маленькие ладошки покраснели.

— Пап, а его еще покажут? — нетерпеливо спросила она.

— Конечно, покажут, — успокоил я. — Этот дядя Апломбов обязательно выйдет ещё раз, чтобы лично увидеть, как тебе понравился его спектакль.

— Правда⁈ — радостно вскрикнула она, заставив сидевших рядом с нами зрителей улыбнуться.

Светлана склонилась ко мне и шепнула на ухо:

— Ну ты и фантазёр! Как потом объяснять будешь?

— Ничего, справимся, — улыбнулся я в ответ. — Главное, что дочке весело.

С каждой минутой представление становилось всё увлекательнее, заставив меня забыть обо всех проблемах и заботах, оставшихся за дверями театра.