Но в конце концов решил все-таки, что если бурное течение новой жизни настолько упорно несет меня в этом направлении, сопротивляться не буду. Карьеру в политике строить не собираюсь, но если придется, может эти начинания и вправду не станут лишними для моего дела «спасения СССР». В любом случае, рост до члена Политбюро — песня такая долгая, что растянется на годы. А у меня пока полно и другой работы, есть чем занять время.
Глава 8
Зайдя в туалет в конце коридора, я застал там сидящего на подоконнике Соколова. Он курил, как солдат на привале, и смотрел задумчиво куда‑то вдаль. На коленях у него лежал стянутый бечевкой пакет.
— Чего это ты, Андрей, с секретными документами по туалетам разгуливаешь? — полушутливо пожурил я подчиненного.
— Не особо они и секретные, Владимир Тимофеевич. Но ход нашего дела действительно ускорят.
— Давай уж выкладывай! — заинтересовавшись, поторопил его, но потом передумал. — Впрочем, нет, погоди. В кабинете расскажешь, чтоб и другие послушали.
Закончив свои дела и умыв руки, я жестом позвал Соколова идти. Он затушил окурок от «Примы» в стоявшую на подоконнике «общественную» пепельницу и, закрыв форточку, последовал за мной.
В кабинете мы собрались вокруг стола Соколова. Капитан разрезал бечевку и раскрыл первую папку.
— Смотрите, что мне удалось нарыть по Глебову после его увольнения.
Соколов раскрыл верхнюю папку. Начал доставать оттуда и выкладывать на столе документы. Первым делом в глаза бросились синие отпечатки штампов: «Снят с регистрационного учета. Выехал в ПНР. Основание: семейные обстоятельства. ПМЖ». И отметка: «Паспорт сдан для оформления выездных документов». Следующий лист оказался копией из журнала выездов погранпункта «Брест‑Тересполь». Печать и карандашная приписка дежурного: 'пересек границу (дата, время), пункт пропуска Варшавский мост. Датой стоял март прошлого года, десять месяцев назад.
— Семейные обстоятельства… — повторил я вслух. — И сразу на постоянное место жительства…
— Ага, а ещё — вот, — Соколов достал следующий документ, — ответ на мой запрос от погранцов. Дежурный сержант отработал по журналам. Фамилия, инициалы, год рождения совпадают без сюрпризов. Чистая эмиграция.Особых пометок почему-то нет, но мы-то не забываем, кем он был! Зам по кадрам Первого ГУ, а потом еще в аппарате Андропова… Нет, таких вот так вот просто на ПМЖ за границу не отпускают. Тем более без особых отметок.
— Думаешь, спецзадание? — недоверчиво скривился Газиз.
— Не, не думаю, конечно, — помотал головой Соколов. — Никто бы не отправил на загранку под реальной фамилией и с таким отчетливым следом. Не поверю, даже учитывая, что он загодя уволился и потом эмигрировал «по семейным обстоятельствам». Слишком уж мутная та история с подписанными им липовыми командировками.