— Ого, как ты жестко сказал, Володя! — Брежнев удивился моим словам настолько, что его знаменитые брови взлетели вверх. — Предлагаешь что ли половину Политбюро посадить?

— Ну почему же сразу посадить, Леонид Ильич? Я даже не предлагаю их наказывать. Товарищи просто высказали мнение, отличное от нашего. Хорошо, что открыто, а не за спиной. Для нас это даже полезно было услышать. Пока они не переступили закон, они ни в чем не виноваты.

— Тогда что же дальше делать?

Я продолжил, вдохновляясь собственными знаниями о будущем:

— Если мы не продолжим преобразования, те самые миллионщики, которых так боится Романов, всё равно появятся. Только появятся они уже на волне кризиса, стихийно и зачастую незаконно. А потом они полезут во власть. И мы уже не сумеем никак повлиять на эту «новую буржуазию», и они действительно начнут диктовать свою волю государству. Нынешние реформы — это как раз-таки способ контролировать процесс, направляя его в нужное русло, а не так называемый дикий капитализм, где каждый только и думает, как отхватить от страны кусок для себя лично.

Леонид Ильич задумался, слегка нахмурившись. Затем вздохнул облегченно и снова посмотрел на меня:

— Вот бы ты, Володя, на заседании все это сказал! Обломал бы рога этим «заговорщикам».

— Да не заговорщики они, Леонид Ильич… По крайней мере пока таких данных мы не имеем…

— А ты все о своем, о комитетском. Я ведь на другое намекаю.

— На что? — спросил я, хотя знал, что он скажет.

— Пора тебя вводить в политику, Володя. Никого не знаю, кто бы подходил лучше. Даже Машеров, которого первым замом выбрал, тебе в подметки не годится. Да и староват он для первого зама, откровенно-то говоря, шестьдесят лет уже.

— Боюсь, Леонид Ильич, политика — это не мое. Я офицер…

— А что мало у нас офицеров в Политбюро что ли? Не спорь, Володя. Если хочешь, считай, что это приказ. Ты нужен Родине. А если по-человечески хочешь, то считай, что моя личная просьба.

— Оба варианта такие, что не оставляют выбора…

— Вот и хорошо. В ближайшее время поставлю вопрос о избрании тебя в ЦК партии. Или на Внеочередном Съезде, или придумаем еще что-нибудь… Потом в кандидаты в члены Политбюро предложу. Будешь не только со мной в домашней обстановке разговаривать, но и доносить свои мысли всему руководству страны. Хорошие мысли, Володя, очень хорошие!

Я даже не знал, что на это ответить. ЦК выбирают на Съездах раз в пятилетку, прошлый был в 1976-м, будущий намечен только на 1981-й. Не знаю, как Леонид Ильич собирается протолкнуть мою кандидатуру… А ведь буквально пару часов назад, разговаривая с Машеровым, думал, насколько я не гожусь для большой политики.