Я растерянно поглядел на реторту Рюрика в своих руках. Почему она так называется, причем тут Рюрик? Я снова ощутил неясную, но настойчивую тревогу, нечто металось внутри меня. Как будто эта реторта усиливала мой страх и ту смутную силу, что росла внутри меня, как ребёнок растет в материнской утробе.

Мне было паршиво, а моя сила тем временем росла... Моя аура теперь сияла так ярко, что я видел коридор целиком — каждую разбитую колбу на полу и каждую блестящую пуговицу на мундире мертвого Незримова.

— Да пошло оно всё!

Я запустил реторту Рюрика в стену, удар вышел таким лютым, что бетонная стена лаборатории треснула и раскрошилась. Реторта с гулким металлическим уханьем развалилась на части, а из реторты вывалилось на пол, прямо в стеклянное крошево...

Да нет, быть не может...

Я не поверил своим глазам. Вот это и есть тот самый ПРЕПАРАТ что ли?

Надо сфотографировать его, проверить. Если он не отображается на фото — значит, оно самое... И значит, мне срочно нужно отзвониться моему алхимику Симону.

Я зашарил по карманам мундира, совсем забыв, что фотографировать или звонить мне больше не с чего. Потом мой взгляд упал на прямоугольный огарок на полу — все, что осталось от моего смартфона...

Я перевёл взгляд на ПРЕПАРАТ, тот мерцал чернью и золотом.

Пульс у меня теперь был ударов под триста, я наконец обнаружил причину своей магической лихорадки, она лежала среди битого стекла прямо передо мной. Вот только аура уже разрывала меня изнутри, жгла и плавила мои внутренние органы. Я столкнулся с чем-то нечеловеческим, с чем-то, что выше человека, даже мага. А я сверхчеловеком, увы, не был. Оно сильнее меня, я просто не готов...

Я попытался сделать шаг, но меня шатнуло. Моя аура теперь сияла так мощно, что слепила глаза даже мне самому. Бешено бившееся сердце взлетело прямо к глотке, голову пронзила острая боль, как будто меня сейчас просвечивали насквозь неведомыми лучами.

Я заорал и повалился в колотое стекло, покрывавшее пол.

Забавно. В эту лабораторию никто, кроме меня и рыцарей Ордена, войти не может. А последний оставшийся здесь рыцарь только что покончил с собой. А значит, меня никто не спасет, не вытащит отсюда.

Я сдохну здесь, расплавленный собственной магией. Я, как и всегда, откусил больше, чем могу проглотить. Эта интоксикация божественного теперь убьет меня. Инструкция для идиотов по работе с препаратом, которую я читал наверху, оказалась не такой уж идиотской. Мне не выдержать, зря я расколошматил эту реторту...

Моё сердце забилось еще чаще, под десять ударов в секунду, а потом оно взорвалось...