— Вы ж мне сами дали денег, барин, — довольно доложил Дрочило, — И сказали приодеться. Вот я и нарядился. Я теперь АРИСТО!

— Ага, я уверен, что лет шестьсот назад АРИСТО так и выглядели, — скептически заметил я, оглядывая Дрочилины высокие сапоги со шпорами, — А где ваш конь, милорд? Шпоры без коней бесполезны, знаете ли.

— Конь? — Дрочило явно загрузился, — А разве нужен? Так я куплю, барин! Я просто конных рынков тут не видал... Я в лавку зашёл. В эту, как её... Ан-ти-квар-ну-ю, — это слово Дрочило проговорил по слогам, — Во! У нас в селе просто раньше книжка была. Одна на всё село. Какой-то Гамлет написал, англичанин. И там были лыцари нарисованы. АРИСТО! Ну я и решил одеться, как они. Иду я, значит, по Риму с женой, а тут вижу — в витрине лыцарь стоит за стеклом, как в той книжке на рисунках. Ну я и зашёл. А там нарядов, барин — тьма тьмущая. Ну я взял на все деньги. Вон, мне еще кузнец фамильный кулак на груди выбил...

Дрочило постучал своим настоящим кулачищем по другому — отчеканенному у него на груди кирасы. Кираса Дрочилы при этом гулко ухнула, пожалуй, еще парочка таких ударов — и доспех барона просто развалится на куски от ветхости.

— То есть все деньги, что я вам дал, вы потратили? Так, Ваше Благородие? — вздохнул я.

— Деньги — это я не знаю, — Дрочило наконец перестал давить лыбу, — Это я пока плохо понимаю. Этим у меня вон жена занимается.

Барон Рукоблудов кивнул на маленькую барышню, стоявшую рядом с ним. На фоне своего громадного мужа, да еще таскавшего на голове высокий шлем с пером, девушка казалась настоящей школьницей, она была ниже Дрочилы раза в два.

Узнать эту пышную, огненно-рыжую и довольно миловидную молодуху было несложно. Это была та девка из мальтийского концлагеря, которую Дрочило пленил во время нашего налёта на объект Ордена. Вроде раньше она носила на робе номер «99».

Впрочем, теперь девушка тоже приоделась, хоть и не столь экстравагантно, как её муж. По крайней мере, никаких доспехов или даже средневековых дамских кринолинов на баронессе Рукоблудовой не было, девушка была в простом длинном платье с узором из цветочков и открытых туфельках.

— Супруга моя, законная, — доложил мне Дрочило, — Баронка Роза Рукоблудова, в девичестве Цветкова. Мы сегодня ночью обвенчались!

— Чего, блин? — влезла Тая, — Баронка? Цветкова? Это же холопка Цветковых, из орденского концлагеря!

— И ничего она не холопка, — заспорил Дрочило, — Натуральная барыня, не хуже вас, госпожа Нагибина.

— Это правда, барины, — подтвердила новоявленная баронесса, — Мы Цветковым еще вчера позвонили. Всего за десять тысяч рублёв они меня признали. Своей незаконнорожденной девицей. Цветковы там все пьяные, им всё равно. А я теперь магичка-кратка! У меня и магия имеется!