Энергия внутри снарядов схлопывалась, разрушая внешнюю оболочку, а затем резко высвобождалась, создавая сильную ударную волну. Только осколков не было, оболочка всегда превращалась в пыль. Но и взрывного эффекта было достаточно, чтобы поломать врагам ребра, а чаще оглушить, контузить, серьёзно снизить боеспособность.

Вскоре внешние кварталы объяло пламя. А дальше огонь уже сам продолжил дело.

— Безумие. Трифис, ты не думаешь, что генерал не в себе? — спросил Ларес у своего недруга.

— В этом огне сгорит много орков, а осада для атакующих усложнится, — задумчиво сказал виконт. — К тому же зеленокожие боятся огня.

— Вместе с мирным населением и остатками обороняющихся.

— Они бы, скорее всего, не выжили… — неуверенно парировал Трифис. Ему самому претило подобное решение. — Орки несут больше потерь в этом случае. Да и ты сам понимаешь, что с каждой секундной в жилых кварталах умирают тысячи, потому что гоблины способны залезть в любую щель. А что они делают с телами, думаю уточнять не нужно.

Генерал смотрел на горящий город, в глазах его отражался пожар, накрывший здания. Лязг мечей, крики умирающих и яростные вопли сражающихся — всё это радовало генерала.

— Думаю, пришло время, великаны уже почти возле наших стен, на расстоянии выстрела. Нужно призывать тёмного духа, — сказал генерал.

* * *

В подземном хранилище собрались сорок шесть рыцарей Белоснежного барса. Все, кто согласился отдать свои жизни во имя победы. Возможно, нашлись бы ещё желающие пойти на такую жертву, но всё держалось в строжайшем секрете. Об этом не знали даже представители орденов Святого орла и Кровавого грифона. Поэтому люди Трифиса несли тяжкую ношу в одиночестве.

Было ли это актом благородного самопожертвования или же результатом фанатичных учений ордена, никто уже не узнает. Но, так или иначе, рыцари стояли с ритуальными кинжалами в руках, готовые добровольно отдать жизнь.

— Сорок шесть секунд, надеюсь, от этого будет толк. — Ларес закончил чертить нужные руны.

А затем сорок четыре рыцаря совершили массовый суицид. Двое в последний момент дрогнули и не смогли лишить себя жизни.

Лужи крови залили каменный пол подземелья. Обряд проходил тайно, подобное зрелище могло деморализовать солдат.

Ничего не происходило.

— Сорок четыре души? — раздался голос, который будто заполнял всё вокруг. — Как мало, я ожидал большего от человеческого рода…

* * *

Зерен стоял на воротах донжона и смотрел на горящий город. Он так и не смог выбить лучшее место для Нирии, она сейчас где-то там, среди пылающих кварталов. Одна, без руки, из-за его авантюры. Где-то на передовой сражается его друг Артиос, а может он уже пал.