Получалось что-то вроде университета. Пять лет учишься, потом распределение, и это распределение определяет твою жизнь до конца. Только в обычном университете итоговый экзамен принимают живые люди, которых можно подкупить или запугать, а Камень был штукой беспристрастной. Камню плевать, кто твой отец и сколько у твоего рода земель. Камень Истины считывает то, что есть, и выдаёт ровно тот результат, который ты заслужил.

Отсюда же и легенды про захудалые ветви, в которых вдруг рождался гений. Пацан из обедневшего рода, у которого в семье последние три поколения ходили в крепких C и D, мог пять лет вкалывать как проклятый, явиться на церемонию с идеально подготовленными каналами и вытянуть себе ранг A. И всё, дальнейшая судьба этого пацана начиналась заново — его звали ко двору, в нём видели надежду угасающего рода, ему давали земли и невест. А наследник Великого Дома, лоботряс и пьяница, мог провалиться в E и до конца жизни таскать на себе позорное прозвище. Кровь играла роль, и роль немалую, но финальное слово оставалось за подготовкой.

Камень Истины, при этом, был только один. Находился он в столице, в специальном зале при дворце, под надёжной охраной двух людей из Длани Императора. И аристократы со всех концов огромной страны раз в несколько месяцев тащили туда своих наследников.

Кто-то ехал две недели, кто-то месяц, кто-то два. С обозом, с охраной, с поваром, с лекарем, с полным сопровождением, потому что наследник рода это не обычный пассажир. Это будущее семьи на ближайшие полвека, и рисковать им на сомнительных постоялых дворах никто в здравом уме не будет. И всё это, разумеется, стоило денег. Серьёзных. Таких, что на одну только дорогу уходило больше, чем средняя купеческая семья зарабатывала за год.

Так что церемония, при всей её внешней строгости и беспристрастности, оставалась привилегией. Камень судил честно, да. Только подпускали к нему строго своих. Аристократов всех мастей, от Великих Домов до самых захудалых баронств, и вот уже на этом круг заканчивался. В редких случаях допускались дети из купеческих семей, которые вложили в имперскую казну такую сумму, что отказать им было попросту неудобно. Но это были именно исключения, по несколько человек в год, и каждый такой случай Двор обсуждал потом ещё месяца три, как дикое событие.

А логика-то простая, если задуматься. Казалось бы, у Империи под рукой миллионы людей, в которых дремлют свои дары. Допусти их всех к Камню, разбуди всех, у кого есть потенциал, сформируй огромную армию боевых магов, и иди завоёвывай хоть полмира. Только вот завоёвывать особо некого. Серьёзных противников у Империи на границах нет уже лет двести. Все, кто хотел и мог, давно либо разбиты, либо встроены в систему данниками. И армия из десятков тысяч сильных магов в этой ситуации становится не оружием, а проблемой.