— Слушай, Петров, — сказал ему капитан. — Вот тебе новое задание. Пойдешь с этим Лазоровичем к Бирюкову. В разговоры старайся не вступать, но запомни каждое слово, которое он произнесет. Если этот Лазорович начнет дурить, ты знаешь, что делать.

— Вас понял, товарищ капитан.

— Выполняй.

— Есть!

Столица Белорусской Советской Социалистической Республики, город Минск. 13 августа 1941 года.

Танки 19-го механизированного корпуса ворвались на окраину Минска, когда солнце уже клонилось к закату. Они шли с востока, пробиваясь сквозь укрепления, воздвигнутые немцами, через железнодорожные пути и развалины частного сектора.

За ними шла пехота. Это были сибиряки Швецова, ополченцы Пронина и стрелковые роты из 13-й армии Филатова. Они зачищали развалины от остатков немецких частей, которые вынуждено отступили к центру города.

Связисты, под командованием лейтенанта Кравцова, шли впереди наступающих рот, разматывая катушки с проводом. Нужно было обеспечить штаб фронта оперативными данными, чтобы там могли следить за продвижением каждой дивизии, освобождающей город.

Фрицам не повезло. Отстреливаясь от наступающих, они получили огонь в спину от красноармейцев из минского гарнизона и городских партизан-подпольщиков. Один за другим немецкие солдаты и офицеры бросали оружие и задирали трясущиеся грабли в гору.

На баррикаде, воздвигнутой на площади Ленина, перед ступенями здания Дома правительства, перестали стрелять. По улицам столицы Советской Белоруссии уже катилось громовое русское «Ура»!

Когда Кравцов взбежал к верхнему ряду укреплений, навстречу ему вышел сам начальник гарнизона. Это был полковник Миронов, возглавивший борьбу с немецко-фашистскими захватчиками, когда они попытались взять город, и удерживающий его до сих пор.

— Товарищ полковник! — принялся докладывать лейтенант. — Рота связи штаба фронта прибыла для налаживания прямой связи с командующим.

Миронов подошел к нему, обнял и расцеловал в запыленные щеки.

— Спасибо, лейтенант! — сказал он и тут же попросил. — Дай-ка мне пока, милок, связь с 19-м мехкорпусом. Хочу понять, не их ли это танки катят сейчас в прилежащих улицах?

Смущенный Кравцов, здесь же на ступенях, поставил аппарат и завертел ручку. Миронов тем временем осматривал в бинокль окружающие площадь кварталы. Над крышами поднимался дым. Были слышны взрывы и перестрелка.

Из сообщений ротных командиров и командиров подпольных групп, полковник знал, что хотя уличные бои еще продолжались, но это были лишь редкие стычки окруженных фрицев с гарнизоном и входящими в город частями.