— Я говорю правду, — проговорил задержанный.
— Может, и правду, — не стал спорить начальник особого отдела. — А может, и нет… Пока подтверждения не получим, будете сидеть здесь и ждать. Вам дадут воды и накормят.
Он встал, собираясь уходить, но Лазорович вдруг поднял голову:
— А если подтверждение будет получено, гражданин начальник? — спросил он. — Что тогда?..
— Тогда вы отправитесь к Бирюкову. С пакетом. — Юрлов взял со стола сверток, взвесил на руке. — А мы обеспечим вам сопровождение, чтобы не заблудились снова…
Лазорович быстро взглянул на него, потом перевел взгляд на пакет, и в глазах его мелькнуло что-то, чего капитан не смог разобрать. Страх? Облегчение? Или просто усталость? Нет, тут что-то более хитрое…
— А вы, — осторожно спросил задержанный, — вы не вскроете? Чтобы проверить?
— Если пакет не предназначен для моих глаз, — проговорил Юрлов, — я не имею права его вскрывать.
Вот оно! Облегчение… Этому Лазоровичу очень не хочется, чтобы начальник особого отдела 4-го вдк заглядывал внутрь. Он положил пакет в планшет и вышел из палатки, оставив задержанного с конвоиром.
— Связь с Минском есть? — спросил Юрлов у своего помощника, поджидавшего его снаружи.
— Пока нет, товарищ капитан. Помехи сильные…
— Ладно, подождем. — сказал капитан. — Присматривай за этим «почтальоном», Гриша… Чую, занятный он тип…
— Есть, товарищ капитан.
Лейтенант спустился в землянку, а Юрлов остался стоять, глядя на запад, где все еще гремел бой. Не так-то просто проверить показания подозреваемого в условиях подвижного фронта. Особенно такого, как этот Лазорович, который слишком хорошо держится на допросе.
Капитан вернулся в свой блиндаж, сел за стол, взял чистый лист бумаги. Надо было составить донесение для Грибника. Начальник особого оперативного отдела фронта должен знать, что в расположении 4-го вдк задержан подозрительный человек.
Агент или связной. Ну или тот, кто выведет их на немецкую агентуру в Минске. А может и на кого-нибудь поинтереснее. Юрлов писал, стараясь не упустить ни малейшей детали.
— Товарищ капитан! — вдруг окликнул его лейтенант. — Есть связь с Минском.
Глава 15
Начальник особого отдела 4-го воздушно-десантного корпуса поднялся, вышел из своего блиндажа и по ходу сообщения добрался до блиндажа связистов, там ему протянули трубку. Капитан кивнул и проговорил в микрофон:
— Капитан Юрлов слушает.
— Товарищ капитан, — голос связиста едва пробился сквозь треск, — Минск на проводе. Передаю трубку полковнику Миронову.
Юрлов выпрямился.
— Давайте.
В трубке раздался глухой, прокуренный голос, в котором чувствовалась усталость человека, державшего оборону города уже целый месяц: