— Грааф! — заорал человек в камуфляже. — Стоять!
Курьер медленно распрямился. Все еще слегка оглушенный, он плохо соображал, что происходит. Немцы подхватили его, поволокли в глубь леса. Позади остался Петров, неподвижно лежавший на траве.
Они волокли его долго, пока лес не кончился и впереди не показалась дорога. Там стояли машины — два «опеля» с затемненными фарами. Гюнтера подтащили к одному из них, отворили дверцу, запихнули на заднее сиденье.
— Быстрее, — сказал человек в камуфляже, обращаясь к водителю.
Машина рванула по проселку. Курьер раскинулся на сиденье. Ноги дрожали, руки тряслись, но внутри было пусто. Он не понимал смысла происходящего. Если этих людей послал Мюллер, то как они помогут ему передать пакет адресату?
— Пакет цел? — спросил человек в камуфляже, оборачиваясь с переднего сиденья.
— Кто вы такой? — спросил Гюнтер.
— Майор Штольц, контрразведка Абвера.
Глава 16
— Что вам нужно? — спросил курьер, стараясь не выдать волнения.
— То же, что и вам, — ответил человек в камуфляже, назвавшийся майором Абвера Штольцем. — Доставить пакет адресату.
— Какой пакет? — Гюнтер попытался изобразить непонимание, но майор Абвера усмехнулся.
— Не надо, Грааф. Мы знаем, кто вы. Знаем, зачем здесь. И знаем, что Мюллер использует вас как курьера, но Папаша не единственный, у кого есть планы на вашего адресата.
Курьер молчал, пытаясь собраться с мыслями. В Абвере знали о нем. Им было ведомо, кто он, что делает в белорусских лесах, что везет. Вот только, почему они не перехватили его раньше? Чего ждали до сих пор?
— Вы действуйте по приказу адмирала Канариса? — спросил он, чтобы потянуть время.
— Я служу Германии, — ответил майор. — В отличие от Мюллера, который работает на себя. Точнее — на свои амбиции. Адмиралу известно, что Мюллер отправил к Жукову двух агентов, «Путейца» и вас, Грааф. Первого с ядом, второго с предложением сотрудничества. Папаша не глуп, он считает, что убивать Жукова большая ошибка. И адмирал согласен с этим. Он тоже считает, что живой Жуков нам нужнее. Мертвый, он станет героем, а с живым можно договориться.
— Мое дело доставить пакет, — пробурчал курьер. — Остальное меня не касается.
— Это понятно, — сказал Штольц. — Поэтому вы передадите ему не то, что приказал Мюллер, а другое письмо.
— Какое — другое?
— Письмо, которое мы приготовили. В нем — предложение о встрече на нейтральной территории и без свидетелей. Канарис хочет поговорить с Жуковым.
Гюнтеру не понравилась эта откровенность. Он жив до тех пор, покуда точно выполняет приказы Папаши, не задаваясь вопросом, о чем сказано в передаваемых им посланиях. Когда курьеру становится известны такие вещи, он может считать себя мертвецом.