— Жуков воюет как настоящий солдат, — проворчал шеф Гестапо. — Он не политик. Ему нужна победа, а не власть. Его устранение не остановит Сталина…

— Виноват, группенфюрер? — переспросил Скорцени.

— Не важно! — отмахнулся тот. — Как только «Путеец» выйдет на связь, немедленно мне доложите. Свободны, гауптшарфюрер.

Скорцени щелкнул каблуками, вскинул руку в нацистском приветствии и вышел прочь. Мюллер посмотрел ему в след с ненавистью. Если бы ему не был нужен этот напыщенный австрийский дурак, никогда бы не стал с ним возиться.

Когда за гауптшарфюрером захлопнулась дверь, группенфюрер надел перчатки, достал из папки конверт, положил на стол. Конверт был чистый, без всяких пометок. Мюллер накрыл ладонью, а пальцем другой руки нажал на кнопку под столешницей.

Вошел адъютант, оберштурмфюрер СС Альберт Духштейн, которого шеф Гестапо подозревал в том, что он за ним шпионит. Может, и шпионит, но во многих делах не заменим. Особенно — в щекотливых.

— Альберт, — обратился к нему Мюллер. — Отвезите меня к Эмме.

— Слушаюсь, группенфюрер!

Через пятнадцать минут оба покинули здание через черный вход. Мундиры они сменили на штатские костюмы. Вместо служебной машины, сели в подержанный «Опель-кадет», который выехал в неприметный переулок и покатил к рабочим окраинам имперской столицы.

Еще через полчаса автомобильчик притормозил во дворе обшарпанного пятиэтажного дома, едва не зацепив бампером столб, от которого тянулись бельевые веревки. Группенфюрер вышел из машины и направился к подъезду. Сидящий у входа старик, едва заметно кивнул.

Это был Гюнтер — старый полицейский осведомитель. Кивок означал, что «Эмма» дома. Мюллер неторопливо поднялся на третий этаж. Трижды коротко нажал на кнопку электрического звонка. Усмехнулся, представив, как Альберт мысленно строчит донос.

«Объект такой-то… снова встретился со своей любовницей Эммой Шульц по адресу…». Дверь, обитая кожзаменителем, отворилась. Группенфюрер вошел, в прихожей никого не было. Да и не должно быть. Мюллер толкнул внутреннюю дверь, которая обычно была заперта.

— Группенфюрер! — негромко произнес рослый детина, вставая с лежанки.

— Вольно, — буркнул Мюллер. — Есть задание, Рихард.

— Приказывайте.

— Вот пакет, в нем инструкции и послание, которое нужно передать на ту сторону.

Шеф Гестапо протянул своему личному курьеру конверт. Тот взял его не дрогнувшей рукой, хотя прекрасно понимал, что такое задание может оказаться для него билетом в один конец. Собственно для этих целей он и был нужен Мюллеру.

— Точка высадки? — спросил Гюнтер, принимая конверт.