И это только цветочки. А потом будут Австрия и Чехословакия. Вроде пока договорятся мирно. А вот Польша будет уже со всеми прелестями — с бомбежками. И не помогут польским шляхтичам лихие кавалерийские атаки на танковые колонны.

А потом…. Почти вся Европа под свастикой, и танки с крестами на башнях под Москвой.

Но как это довести до «Центра»? И поверят ли мне? Может и не поверят, но информацию получить должны в любом случае. Пока это самое меньшее, что я могу сделать для своей настоящей Родины.

Вечером я специально прошелся вокруг учебного корпуса и обнаружил, что около одной из труб установлена радиоантенна. Судя по размерам — довольно мощная.

Странное дело, на занятиях ничего такого про радиодело у нас не было. И азбуку Морзе я не знал. Но это мелочи, азбуку можно выучить.

Пока что я решил приглядеться получше к Лотару и разобраться, что у него за дар. Пока ясно, что он не подвержен гипнотическому внушению. По крайней мере моему.

Свои способности Лотар показал всем нам уже на следующий день.

Утром сразу после завтрака нас всех загрузили в школьный автобус и зачем-то повезли в Берлин для участия в большом параде гитлерюгенда в честь праздника урожая.

Не знаю уж, чья это была идея, но мы просто потратили время зря.

На въезде в город мы даже попали в пробку, состоявшую большей частью из автобусов со школьниками. Потом нас выгрузили на Левен плац. Аксельбаум ушел отмечаться, вернулся злой, сказал, что нам велели встать в колонну из Потсдама.

Как назло, день выдался жаркий, на небе — ни облачка. Пока ждали, прилично так запарились.

Тут заревели фанфары, и какой-то вождь гитлерюгенда стал толкать с трибуны, украшенной ржаными снопами, пафосную речь о важности уборочной компании для Великой Германии.

После этого мы торжественно промаршировали мимо той самой трибуны, снова влезли в свой автобус и поехали назад. И, естественно, опять попали в пробку.

В свой Штеглиц мы добирались с черепашьей скоростью, водитель Пфайфер свернул с шоссе к школе по короткой дороге, через лес. И мы стали упрашивать его остановиться у лесного озера. Хотя бы на полчасика, очень уж хотели искупаться. Но водитель буркнул, что такого указания не было. И тогда Лотар мне подмигнул, смотри, мол.

Как только за окнами мелькнула гладь озера, сзади что-то прилично так бахнуло.

Пфайфер чертыхнулся, автобус остановился. Водила пошел смотреть поломку. И хотя немецкая ненормативная лексика уступает в образности выражений русскому мату, но рев там стоял такой, что даже лесные птицы затихли.

Я вытянул шею, пытаясь увидеть, на что же так страшно ругается наш водитель. Оказалось, что Пфайфер держал в вытянутой руке большой гвоздь.