— Его дар несколько опасен для окружающих, — поспешил объяснит доктор Хоффман со сцены. — Он ударного, так сказать, действия. Лучше наблюдать его в бункере за защитным экраном.

— Ударного? Хм… Это интересно.

— Действительно, интересно, — подтвердил оживившийся генерал. — После того, что нам тут показали, я, пожалуй, уже ничему не удивлюсь.

Гости поднялись и двинулись к выходу. За ними поспешил Хоффман и наши наставники. Роттенфюрер велел нам спуститься в зал, сесть на первый ряд и ждать. Клаус, проходя мимо стола, за которым сидели гости, походя спер спелую грушу, и как только староста вышел вслед за гостями, впился в нее зубами. Потом повернулся к Шульцу, севшему отдельно и сказал:

— Не хочешь ли фруктов, Феликс? Для пердежа, говорят, очень полезны.

Шульц сразу покраснел и вскочил с сжатыми кулаками.

— Да что ты понимаешь, гопота маобитская! Да я круче всех вас. Этот тот, с тросточкой. Он, сука, помешал. А то бы я всем тут показал…

— Ну да, мы уж видели твой дар, — хохотнул Клаус, снова откусывая от груши. — Вернее — почувствовали. До сих пор от вони глаза режет…

Дело по всему шло к драке. Задирался Клаус скорее от того, что сам чего-то не смог чего-то показать. Вот интересно, чего именно? Мы переглянулись с Лотаром, я указал ему глазами на Клауса, сам решил заняться Шульцем.

— Да ладно вам, ребята, ссориться, — сказал Лотар, доставая из кармана «срочный швейный набор» — картонку с намотанной на нее черной ниткой и иголкой. — Все ведь нормально кончилось. Сами видели, им понравилось, а получается не у всех и не всегда. Мне вот сегодня просто повезло. Клаус, тебе бы пуговицы обратно пришить, а то видок у тебя тот еще…

Я же подошел к Шульцу, приобнял его за плечо. Сказал доверительно:

— Ладно, не горячись. Мне этот циркач тоже очень сильно мешал.

— А почему ты думаешь, что он — циркач? — спросил Шульц, разжимая кулаки.

— Мы были с доктором Вебером на его представлении. Он в цирке народ развлекает.

— Да? Вот и я подумал. Но он — не просто циркач. Он — сильный медиум. А то бы я мог такое сделать…

— Кстати, а что ты хотел показать? — спросил я, как бы между прочим.

— Я могу управлять! Никто так не может, а я могу. Лотар предметы двигает, а я могу управлять волей людей. Я мог бы заставить их хоровод водить, как дети. Мог бы заставить петь! Я однажды с отцом на партийном собрании в нашем квартале… Там все орали, ругались, а я им петь приказал. И они все «Хорста Весселя» затянули. Хором! А потом за отца проголосовали. Да я еще и не такое могу…

Краем глаза я заметил, что Лотар с Клаусом уже смеются, Лотар к тому же по примеру Клауса спер со стола яблоко и стал его грызть. Только Юрген сидел отдельно и общаться, по всему, был не расположен.