— Где твоя борода? Что за шрам на твоей шее⁈ — парень никак не мог успокоиться, привлекая к нам ненужное внимание.

— Не ори! — грозно осек его я. — Что ты здесь забыл?

— Я еду мстить за отца! — гордо ответил мне родственник моего кунака.

Он приблизился ко мне вплотную. Я от всей души врезал ему по шее. Юный воин из племени Вайа слетел с коня от моего удара.

— За что⁈ — вскричал юноша, размазывая по лицу слезы.

— Для чего я спас твою жизнь⁈ Чтобы ты сдох непонятно зачем на правом берегу⁈

— Я не понимаю! — жалобно ответил мне Цекери, поднимаясь и глядя на меня взглядом побитой собаки. — Я мечтал о нашей встрече! Хотел вернуть тебе коня.

— Оставь его себе! — повелительно сказал я.

— С таким подходом тебе, Зелим-бей, нужно к хакучам, — подъехавший к нам Карамурзин попытался погасить ненужную ссору, не разобравшись в ситуации.

— Я слышал про этих ребят, — ответил я, показав ему знаком, что все в порядке. — Причем тут разбойничья республика?

— Они наши соседи, — встрял в наш разговор Цекери. — Зелим-бей! Не гони меня! Я поеду с тобой, куда ты скажешь!

Понятно. Юный падаван нашел своего героя. После нашего побега с враждебного берега он создал себе кумира.

— Хакучи живут в своих горах, наплевав на общую борьбу — объяснил мне Тембулат. — Принимают к себе любых отверженных. И даже беглых рабов. С ними никто не хочет связываться.

— Они, как и твое племя, живут между Туапсе и Сочей? — уточнил я.

— Да! — ответил Цекери. — Только не у моря, а в горах.

— И не хотят воевать с русскими? — уточнил я.

— Ни с кем не хотят. Грабят иной раз убыхов или шапсугов. Или турок-торговцев. Раньше они промышляли пиратством.

— Наверное, их интересовали женщины? — догадался я.

— Не знаю. Мне слишком мало лет, чтобы о таком думать, — выдал неожиданное Цекери.

— Можно с ними познакомиться?

— Я проведу тебя к ним! Меня они не тронут.

— А как же набег?

— К черту набег! Я стану твоей тенью! Не гони меня, Зелим-бей!

— Сподвижники нужны! — важно «научил» меня Карамурзин.

— Я узнал тебя, великий абрек! — снова восхитился юноша. — Только такой воин, как ты, Зелим-бей, мог стать другом такого человека!

Что поделать с этой липучкой? Я уже понял, что мне от него не отвертеться. Чертов юношеский максимализм!

— Пускай едет с нами! — снисходительно бросил Тембулат. По-моему, его эта ситуация забавляла.

— Оставайся, — согласился я, покоряясь.

… Нас ждал последний переход. Решили заночевать в лесу перед спуском на равнину. Карамурзин посчитал, что опасности нет.

Я с Торнау устроился у отдельного костра. С трудом отогнал Цекери. Хотел поговорить с поручиком. Был один вопрос, который не давал мне покоя.