— Вам удалось так близко подобраться к англичанам?

— Еще как близко! — самодовольно откликнулся Гай.

— И что же они про меня говорили?

— Их насторожила публикация в русской газете, где упоминалось о награждении некоего Варваци. Они, мои бывшие хозяева-англичане, судили-рядили, не их ли прославленному агенту Варвакису русские выдали орден.

Неприятно, но ожидаемо. Я интуитивно чувствовал, что моему шпионству скоро придет конец.

— Пока есть лишь смутные подозрения, — успокоил меня Андрей. — Белл отзывается о вас в положительном ключе. Я смог тайно скопировать его отчеты посольству Британии в Константинополе. Поэтому знаю, о чем говорю.

Крутой мужик. На его фоне мои развлечения в Стамбуле полуторагодичной давности — детская игра в песочнице. Он подтвердил мой вывод рассказом о своей работе двойного агента. Удивительные вещи он творил. Такое не всякому под силу.

Он устроился на работу в английское посольство. Стал чуть ли ни главным агентом, имевшим доступ ко всей переписке. Мало того, что он напоследок, прежде чем сбежать от англичан, выкрал часть документации канцелярии Уркварта, где работал. Мало того, что в Синопе он смог вытащить у спящего курьера письма Белла, скопировать и передать копии консулу в Трабзоне. Так он еще вот какой фортель выкинул. Подделал письмо для горцев, заверил его печатью Уркварта и через Сефер-бея отправил в Черкесию.

— В этом письме было написано, что англичане, пребывающие ныне под Анапой, суть самозванцы и пройдохи!

— Изящная подстава! — восхитился я. В этой провокации чувствовалась рука Фонтона. Меня осенило. — Так вот почему Шамуз так отстранился от англичан!

Гай рассмеялся.

— Немало теперь потребуется англичанам времени и поставок пороха, чтобы вернуть былое расположение вождей.

— Вы не опасаетесь их мести?

— Меня в Турции знали, как грека Андрео. Вряд ли, кто-то решит, что Андрео и турок Андрей Гай — это одно и то же лицо. Следы я замел тщательно. Из Турции добрался до Тифлиса, где, кстати, и встретил вашу милую жену. Потом Ставрополь, Екатеринодар. Там мне вручили двести червонцев на закупку товара. С ним я и прибыл сюда, изображая важного купца.

— Имя я бы подобрал не столь похожее.

— Все так и будут думать, — заверил меня Гай.

— Какая отныне вам поставлена задача?

— Поручено мне войти в сношения с горцами, выведать образ их мыслей и убедить их в тщетности надежд на помощь других держав.

— Непростое поручение.

— Я понимаю. Сумел пока лишь войти в доверие к нескольким знатным семействам. Они колеблются. Опасаются разорения. Но это все решаемо. Подкупить можно любого горца. Имея на своей стороне главных узденей и дворян, можно увлечь и простой народ.