«Может быть, ничего не поменялось. В том смысле, что это мои родственники, которые дом поставили здесь же, на месте этой халупы. Дед родится только через 55 лет. Значит, сейчас здесь, скорее всего, прапрадед. А может, и прапрапрадед. Охренеть!»

Додумать не успел. К землянке, тяжело дыша, бежал какой-то малец.

— Дядя Алексей! Дядя Алексей!

— Что, что случилось? — из землянки выскочил мой возможный предок.

Сердце забилось.

— Там турки корову увели! — мальчик указывал на гору в километре от этого места.

Алексей запричитал. Бросился бежать.

— За мной! — приказал я казакам.

Казаки не удивились. Просто пришпорили коней.

— Куда побежали турки? — спросил пацана.

— За гору!

— Ждите! — поравнявшись, приказал Алексею.

…Нагнали турок примерно через полчаса. Двое на лошадях. Раз мальчик кричал, что турки, то, вернее всего, это — турки-месхетинцы. Даже не думали убегать.

«То есть, они так уверены, что русские их не тронут⁈ — удивился я. — Совсем обнаглели! Ну, что ж… Значит, нужно так предупредить, чтобы раз и навсегда отбило охоту!»

Я подъехал к ним. Ни слова не говоря, схватил одного за шкирку, сбросил с коня. Второй, было, открыл рот, но казаки тут же окружили его.

— Выпороть прикажете? — спросил старший.

— Нет.

Я по-прежнему не переносил телесных наказаний. И мне нужен был сейчас жестокий и несмываемый знак.

Я наклонился над первым. Выхватил кинжал.

— Ты что удумал, урус? — заверещал он.

— Я не урус, ты, сын шакала! Я черкес. Меня зовут Зелим-бей! А это — мой знак! — я полоснул его по лицу. — Его все знают.

Тут пришлось уже повысить голос. Турок выл. Бормотал что-то про пристава.

— Передай всем своим, чтобы ноги вашей здесь больше не было. Иначе я всем такие знаки оставлю! Ты понял?

Турок, придерживая щеку рукой, часто закивал.

— Пошли вон!

Турки вскоре исчезли из поля зрения. Радовались, что коней не отняли и горевали, что накрылась халява греков щипать.

Обратно поехали медленно, ведя на поводу корову. Казаки поглядывали на меня с уважением. Навстречу нам уже спешил подпоручик с парой солдат. Или начал беспокоиться нашим долгим отсутствием, или кто-то доложил об инциденте.

— Что ж вы, Константин Спиридонович! А если бы что случилось? — Косов был взволнован.

— Извините, подпоручик. И не волнуйтесь. Ничего дурного не произошло бы. Я уверен. Я бы ни за что вас не подвел под монастырь.

Косов кивнул, успокаиваясь.

— Как вас зовут?

— Сергей Дмитриевич.

— Сергей Дмитриевич, а почему турки тут так беспредельничают?

— Татары-то?

«Все понятно. Для русских этого времени что азербайджанец, что турок-месхетинец… Татарин — одним словом!»