— Так они мне же и есть родные, Сергей Дмитриевич! — улыбнулся я.

— Слушайте! — вдруг ожил Косов. — А, ведь, может так статься, что тут и родственники какие-то ваши могут быть? Дальние. Чем черт не шутит?

— Нет. Не может. Я с островов.

— Да? — Косову было жаль расставаться с такой красивой идеей. — Ну, да.

— Но все равно, они — мне родственники!

Косов кивнул, принимая такую версию.

— Вы сейчас обратно?

— Да.

— Каков же будет ваш отчет? — хмуро спросил меня подпоручик.

— Расскажу правду полковнику. Постараюсь вам помочь, чем смогу, — честно признался я обер-офицеру.

Он хмыкнул.

— Вы думаете, он не в курсе? Моим солдатам не платят даже те жалкие гроши, которые им причитаются. Как вам дорога, по которой вы приехали? — задал он неожиданный для меня вопрос.

— Удобная.

— Не знаю, с чем вы сравниваете. Я о другом. Эта дорога построена руками русских солдат. Лет десять назад.

— Да, знаю.

— И сейчас мы занимаемся ее ремонтом. Солдаты за свой труд должны получать зарабочие деньги. По пять копеек серебром за день работы. Но не получают. Трудятся бесплатно, причем повсеместно. Весь Кавказский корпус заражен духом своекорыстия. А наш полк князь Дадиани и вовсе обратил себе в аренду. Солдатами сено косят и на сторону его продают. Сеют рожь и пшеницу, используя дармовую силу. А все почему?

— Почему?

— Потому что теща князя, баронесса Розен, так все устроила, что подряды на поставки продовольствия в полк идут через компанию князя.

— Неужели никто больше на аукцион не заявился, чтобы побороться за подряд?

Косов посмотрел на меня как на несмышленыша:

— Кто же станет конкурировать с супругой наместника⁈ В порошок сотрет!

— Я знаком лично с бароном. Он честнейший человек!

— Не слыхали выражение: ночная кукушка всех перекукует? — цинично ответил мне подпоручик. — Но я вам другое скажу. Ладно бы зарабатывали с подряда. Так ведь нам не продукты, а дрянь присылают. Муку такую, что верблюды есть отказываются.

'Ай да, баронесса! — подумал я. — Вся такая надменная из себя. И, ай да, Тамара! Все верно разглядела и поняла. Взаправду, баронесса князя подмяла и дела вертит, не хуже ушлой замоскворецкой купчихи!"

— Я князя через вас о другом хотел известить, — неожиданно сказал обер-офицер. — Приезжал к нам пару недель назад один чиновник. Непростая личность. Со связями. Надворный советник Базилик. Этот ароматный господин козырял знакомствами и поручениями больших людей. Сенаторов. Имя барона Гана называл. Он, вроде, как из Петербурга послан насчет новой организации гражданского управления.

— Причем тут гражданское управление? — удивился я. — Мы армия!