— Нет… — изумлённо сказала одарённая. — Быть не может. Никто…
Нити заворачивались кругами, искривлялись, плелись. Я боялся выйти из Контура, но дичайший интерес победил. Моргнув, увидел, что молния теперь исходит из моей руки, да не одна — много. Они росли, тянулись вдаль, как змеи. Ток потрескивал, искрил, но молнии не исчезали.
— Да чтоб тебя! — испуганно проговорила одарённая и начала отползать, не в силах подняться.
Тонкие молнии, подобно щупальцам, достигли её, как по команде вонзились в тело с разных сторон. Женщина закричала, дёргаясь в конвульсиях. Одежда на ней начала дымиться и гореть, молнии трещали.
Я сжал руку в кулак. Молнии исчезли, но одарённая продолжала кричать. Подбежавший Булк ударил ей ножкой от стола по голове, и та отрубилась.
— Силён, — присвистнул Мазя, перезаряжая пистолет.
— Ерунда, — отмахнулся Булк.
— Я вообще-то Думеру. Ты-то что!
Булк не успел ответить. На этаж высыпала волна бандитов. Я несколько раз применил дар, расшвыривая их в разные стороны. Тунгусовы только рады были пополнить боезапас.
Но бандиты не утихали. Лезли на этаж с обеих лестниц и на лифте. Эти оказались настроены более ожесточённо. Кто-то попытался кинуть гранату, но был подстрелен и взорвал своих же; кто-то стрелял акриевыми пулями.
— Место нельзя им отдавать, — бросил Булк. — Выше прижмут.
Тунгусовы и правда устроились удобно. Они видели друг друга и контролировали все подступы. И, похоже, убивать медведевских им доставляло немалое удовольствие.
— Думер, ты выше что-то забрать хотел, — сказал Тоха. — Двигай, мы пока тут держаться будем. Если станет туго, зови!
И я согласился. Вот уж в чём братья были хороши, так это в том, чтобывдохновить зарядить азартом. И речь не о забрызганных кровью игровых автоматах и карточных столах. Речь о наших возможностях. Показать Медведевым, что бывает, когда начинаешь чувствовать вседозволенность.
Сменил магазин у «Ингрэма», включил плеер, накинул наушники на шею. Слышимости они не мешали, но под едва доносившуюся музыку было как-то проще.
Большие города,
Пустые поезда… [10]
На следующем этаже меня ждали. Выстрел прошил плечо, но и только лишь. В ответ я дважды нажал спуск, и противники получили по пуле в лоб и грудь. Явственно слышал, как сюда бежит ещё кто-то. И когда в коридоре показался новый бандит, мой «Ингрэм» уже выплёвывал очередной заряд.
Раньше я никогда не чувствовал в себе такой точности и скорости реакции, но дар явно влиял и на это. Даже к сильной отдаче как-то привык.
Коридор петлял, открывая моему взору новых противников. На рожон я не лез — на очередном повороте тут же отступил за угол, когда увидел целящегося из обреза братка. Из-за угла активировал «нечто», параллельно выставив раскрытую ладонь. Энергия прошла по коридору, множество боковых дверей задёргались, повылетали из петель. Ну а мозги противника расплылись по светлой стене, когда его тело в неё с силой впечаталось.