Начал заглядывать в комнаты, дабы не допустить, чтобы кто-то вышел на меня со спины. С удивлением встретил медведевского бандита, закрывающегося надувными шариками. Надеялся, что так я его не замечу? Я заметил. Я выстрелил. Следующий браток держал в руках гору книг. Видимо, надеялся на… не знаю, на что, но лицо его я запомнил ещё в цехах, а потом и на стрелке.
Под зельями я чувствовал себя более чем окрылённо, старался не задерживаться. Медведевские выбегали из коридоров, но я был готов. И стрелял, стрелял, стрелял… Когда в магазине кончились патроны, взялся за «Тек-9» и продолжил путь с ним. Не помню, сколько выстрелов успел сделать, прежде чем оружие отказало. В патронник поступило не один, а сразу два патрона, и всё заело.
Этим воспользовался очередной противник, напавший на меня с ножом, — он оставил на мне несколько неприятных порезов, после чего был размазан по стенке. Произошло это в метре от меня, так что забрызгало меня нехило. Пришлось скинуть спецовку. Плеер тоже выключил: мог позвонить Атлас. «Тек-9» я снова подобрал, подергал затвор, выбросил застрявшие пули.
На этом этаже было больше узких коридоров и офисных помещений. Я обходил каждое в надежде найти что-нибудь интересное.
И нашёл.
Пнув ещё одну дверь, я вышел в барное помещение. Сказал бы «очередное» — но нет, это было солиднее всех предыдущих. Аристократическое в некотором смысле. Красивый панорамный вид из окон, минималистичный дизайн. И Шрам, сидящий за барной стойкой из полированного камня.
Единственный посетитель этого места.
Тот самый Шрам, что руководил цехом на Николаевской, тот, что допрашивал меня. Тот, что отправил в рабство. Он как будто ждал моего появления. При виде меня не встрепенулся, лишь подлил виски в стакан. Если честно, вымотался я изрядно, даже кровь с лица не успел отереть. И потому не торопился атаковать. Хотя было за что. С такими, как Шрам, мирного исхода быть не может.
Я медленно приблизился.
— Присядь, — сказал он, не поворачиваясь. — Пить будешь?
Он пододвинул ко мне пустой стакан и взялся за бутылку виски, ожидая моего ответа.
— Не, — мотнул я головой, осторожно присаживаясь на соседний высокий барный стул. «Тек-9» из рук не выпускал. — Мне ещё рано. Восемнадцати нет.
— Нет? — сказал он и вдруг засмеялся. Сначала сипло, с попытками сдерживать себя, а потом во всю глотку. Спустя минуту, как отсмеялся, продолжил: — Парень, ты вырезал всю нашу «Плазу», но пить тебе ещё рано!
И снова смех. Горький такой, заунывный.
Шрам молча налил виски в стакан и мощным толчком катнул его мне.